толстый, горячий ствол. Он был тяжёлый, пульсирующий, весь мокрый от слюней Ирины! Мои пальцы едва сомкнулись вокруг него!
Парень, которому я держала член, тихо застонал и посмотрел на меня почти нежно.
— Мамочка... тетенька.... — мягко попросил он низким голосом — погладь его немного... пожалуйста. Просто погладь мой хуй...
Не знаю, что на меня нашло, но я не стала отказывать! Моя рука начала медленно двигаться вверх-вниз по толстому стволу, размазывая слюни Ирины.
Ира тем временем снова жадно присосалась ко второму члену, работая головой с громким чавканьем и вакуумом.
— Ммм... вот так... — промычала она, на секунду оторвавшись — видишь, как они реагируют? Этот вирус делает их такими чувствительными... и такими вкусными...
Я продолжала гладить толстый член в своей руке. Головка была огромной, блестящей, из уретры уже начала выступать прозрачная густая капля!
Ирина хитро улыбнулась, глядя на меня краем глаза.
— Не бойся... возьми в ротик. Хотя бы чуть-чуть....сделай мальчику пару сладких всосов...
Я снова засомневалась. Бляха, внизу же ждет Сашенька! Я же не дура какая то сосать «чужой» хуй, правда ведь? Но запах, вид самого хуя и сосущие звуки Иры что то разбудили во мне. Сладко-блядское! Что то такое, что я сейчас называю «мамочкина шлюховатая слабость»!
Я наклонилась и осторожно обхватила губами большую головку. Она едва поместилась. Я тихо замычала от непривычного, но очень насыщенного вкуса — солоноватого, сладковатого, с каким-то особым, тяжёлым привкусом.
— Мммм... — невольно вырвалось у меня.
Ирина довольно улыбнулась, продолжая жадно сосать свой член.
— Вот так, умничка... вкусный, да? Словно сгущенка в перемешку со спермой! Это уже новая волна. Смотри, как он уже течет тебе в ротик...
Я начала медленно посасывать, не очень глубоко, но с удовольствием. Мои щёки втягивались, язык ласкал головку. Парень тихо стонал, запустив пальцы мне в волосы.
Ирина работала рядом со мной — смачно, громко, профессионально. Её чавканье смешивалось с моим более тихим, но уже жадным сосанием.
Вскоре первый парень громко застонал.
— Я сейчас... ой-ой...кончу сейчас...вот так, тетенька...хорошо...
Ирина глубоко заглотила его и замерла. Ее горло заработало, глотая мощные сгустки!Она даже заурчала от удовольствия, принимая всё до последней капли.
Почти сразу после этого второй парень, которого я сосала, резко напрягся.
— Ох... мамочка...
Я не успела даже отстраниться! Он начал кончать мне прямо в рот. Сперма была очень густой, тёплой и обильной! Я замычала от неожиданности, но продолжила глотать, стараясь не пролить ни капли. Вкус был насыщенным, чуть сладковатым, действительно как сгущенка!
Когда оба парня кончили, Ирина вытерла губы тыльной стороной ладони и посмотрела на меня с хитрой, довольной улыбкой.
— Ну вот... а ты говорила, что будешь думать — промурлыкала она — а сама уже так сладко отсосала чужому мальчику. И приняла всё до капельки!
Она наклонилась ближе и тихо, пошло добавила:
— Ты действительно особенная мамочка. Не каждая так быстро и с таким удовольствием берёт в рот незнакомый толстый хуй. У тебя талант, милая. Настоящий!
Я лишь неловко улыбнулась, и даже почувствовала какую то странную гордость.
Ирина ласково погладила меня по щеке, словно я ее маленькая, глупенькая дочка-хуесоска, которая сделала первый в жизни минет.
— Пойдем вниз. Сашка там уже наверняка заждался. А мы с тобой еще поговорим о твоем будущем... в нашей команде.
****
Мы спустились на первый этаж. Ирина Михайловна провела меня в свой кабинет, а Саше сказала подождать в коридоре на диванчике.
Как только дверь закрылась, она быстро оформила больничный лист, поставила все печати и протянула мне.
— Держи. По уходу за ребенком на две недели. Все выглядит вполне официально, никто придираться не будет.
ОТПУСК ДЛЯ ПРОКУРОРА