Она застонала: «О, папочка», а затем притянула его лицо к своему для долгого, влажного, наполненного языком поцелуя, который продолжался и продолжался даже после того, как он излил остатки своей спермы в её самое сокровенное место.
Он обмяк над дочерью, не в силах оттолкнуться от неё. Оба они были безвольны. Однако её поцелуй убедил его, что она его не ненавидит, поэтому он прошептал в ответ:
«Вот что эти мужчины захотят сделать с тобой в Париже, детка».
Её руки поднялись и погладили его по спине. «Папа, я больше не хочу ехать в Париж», — сказала она. — «Мне не нужно ехать в Париж, чтобы со мной это случилось». Он поднял голову, и она снова поцеловала его. «Я могу получить все, что захочу, прямо здесь, дома».
Его глаза широко раскрылись, когда он почувствовал, как его член снова начал пульсировать.
===========================================
Боб в конце концов уступил и отпустил Мэнди в Париж. И она смогла поехать весной, когда Париж так прекрасен, когда цветущие деревья возвещают о скором появлении новой жизни на свет.
Она прекрасно вписалась, потому что к тому времени, как Мэнди закончила последний год обучения в школе, Боб своим пульсирующим членом зачал в ее утробе ребенка. Во время выпускной поездки в Париж ее слегка увеличивающийся живот также обещал новую жизнь, хотя и не раньше, чем через несколько месяцев.
И, конечно же, этот живот обычно отпугивал мужчин.
Одноклассница Леся