был сделан и возрастной, обрюзгший Рафик, с важным видом отталкивая конкурента в сторону, повёл меня в дом.
На вид, Рафаэлю Манукяну был полтинник, не в пример ему ухоженная и стройная Лола выглядела лет на пятнадцать моложе. Стоя на пороге мужниной лавки, в отличии от безучастной соседской клуши, она заметно преисполнилась радости от моего выбора, отбросила кухонное полотенце в сторону и должно быть отправилась прихорашиваться.
— Прошу тебя, дорогой человек, мне очень нужен наследник, сын.
— Я тебе не семенной бык, сделаю раз, как договорились, а с тебя два полных рожка и балык.
Лавочник чуть замедлился, фривольно приобнимая меня за плечо.
— Вай, Паша джан, я дам тебе три магазин патрон, только сделай это с моей Лолой два раза.
***
Лавка Манукяна внутри оказалась гораздо больше чем выглядела, заставленная всевозможным барахлом, она напоминала то ли музей, то ли дом цыганского барона.
Напольные часы, ковры, стеллаж с книгами, кресло-качалка и даже рояль, какого только ненужного хлама не наменял за свою жизнь престарелый армянин, но сегодняшняя сделка, очевидно, для него была куда важнее прочих.
Признаюсь честно, я уже и не помню когда так ужинал. Мясо птицы и овощи на гриле, бокал красного вина и всё это из чистой, фарфоровой посуды. Несмотря на то, что его женщина прислуживала нам за столом в откровенно коротком, шёлковом халате, хозяин дома, казалось, совершенно не испытывал ревности. Он спокойно смотрел как её полновесная грудь, так и норовит вывалиться их гостю в ладони. Глядя на то, как чужой мужчина, вернувшийся из душа в одном только полотенце, бесцеремонно облизывает шею его женщины и обнимая за бёдра, присаживает её на крышку рояля, Рафаэль не ушёл и не схватился за кинжал.
Лола была мне симпатична, ужин, атмосфера, её красивое шёлковое бельё, но это был всего лишь бизнес и поэтому никаких ласк или поцелуев я и не планировал. Потянув за пояс, я распахнул полы её халата, просто отогнул ластовицу в сторону и вошёл, но даже при всей этой моей скупости, Лолина вагина приняла меня радушным хлюпаньем и приятно тесными объятиями.
Не вкладывая в процесс никаких сакральных смыслов, я брал жену лавочника жёстко и глубоко, вцепившись руками мне в плечи, она стонала и поскуливала, а сам Раф, сидя в кресле-качалке, смотрел на нас безучастно, молча потягивая свой алкоголь из бокала.
Женщины у меня не было довольно давно и долго ждать первой эякуляции не пришлось. Как это ни удивительно, но Лола тоже успела, издав непосредственно передо мной торжествующее мычание, дрожа и сжимаясь в конвульсиях, она выдохнула и уткнулась лбом мне в грудь. В следующий же за этим миг, по моим ощущениям, я наполнил её лоно до краёв.
Сжимая в руках сочную задницу партнёрши, я всё извергался внутрь, моя полуголая, мёртвая сестрица, сидя на рояле с ехидной улыбочкой, хлопала мне в ладоши, а старый армянин, допил наконец своё пойло и причитая что-то на своём, вышел вон.
Немного отдышавшись, Лола вытерла салфетками вытекающую из неё сперму и глядя мне прямо в глаза, сползла по моему телу вниз. В горячих объятиях губ пышногрудой замужней брюнетки, чувствовалась жажда, старательность и отточенный навык. Скорее всего, в последнее время, со своим мужем, она была близка именно таким образом.
Настойчивые пальцы, парочка спелых сисек и умелый рот партнёрши, вскоре снова вернули моему довеску твердость и Лола, не теряя времени, потащила меня в супружескую постель.
— Он пошёл к Егору за своим пойлом, мне нужно успеть хорошенько без него прокричаться. Пощады не будет, солдатик. – с похотливой улыбкой толкая меня на кровать, замужняя блудница как кошка умостилась сверху, налезая
Соседки