Идея сдавать девушек в, аренду пришла Анне Сергеевне во время переговоров с Вероникой Леопольдовной — владелицей сети фитнес-клубов, высокой брюнетки с хищным разрезом глаз и голосом, который резал стекло. Вероника давно посматривала на Ольгу, когда та приносила ей кофе в переговорной. И однажды сказала прямо:
— Слушай, Анна, твоя помощница, очень сладкая. Я готова платить. Не за кредит, а за ночь с ней
Анна не удивилась. Она только улыбнулась — той самой улыбкой акулы, которая чувствует кровь.
— Вероника, я не сводня. Я заместитель управляющего банком. Но... — она сделала паузу, доставая из сейфа чёрную папку. — У меня есть инвестиционная программа. Для особо надёжных клиентов. Аренда персонала с правом первого выкупа. Полная конфиденциальность, медицинские справки, любой набор услуг.
Вероника подняла бровь.
— Набор услуг?
— От ролевых игр до жёсткого БДСМ. Мои девочки обучены. У них нет границ, кроме тех, что вы установите. И они никогда не пожалуются. Потому что не смогут.
Она открыла папку. Там были фотографии Ольги и Маши — не портреты, а эротические: крупные планы лиц с кляпами, тела в верёвках, красные следы от плёток. Сзади — прайс-лист.
«Ольга — 50 000 руб/час. Умеет: глубокий минет, кунилингус, анилингус, анальный фистинг, электростимуляцию, приёмы боли без крика. Любит: унижение, бритьё наголо, двойное проникновение. Отдельно — обучение доминированию для клиента».
«Маша 30 000руб/час (младшая требует больше контроля). Умеет тоже самое, но более строптивая, как необъезженая кобыла.
Особенность — плачет
красиво».
Вероника присвистнула
— Обеих на выходные. И пиши счёт.
В субботнее утро Анна и девушки были в особняке Вероники.
Анна привезла девушек лично, как доставку дорогого вина. Лена и Маша были одеты в одинаковые чёрные латексные комбинезоны на молнии от горла до паха, без белья. Их лица закрывали маски для сна — Анна хотела, чтобы клиентка испытала полное владение, даже не видя их глаз.
— Принимай, — сказала Анна, целуя Веронику в щёку. — Правила: не убивать, не калечить без возможности восстановления. Остальное — всё можно. Утром в десять я их заберу. Если перехочешь — продление по двойному тарифу.
— Оставайся, — бросила Вероника. — Посмотришь на свою собственность в деле.
Анна осталась. Села в кресло у камина с бокалом, как режиссёр на премьере.
Вероника щёлкнула пальцами. Лена и Маша, всё ещё в масках, опустились на колени. Они знали ритуал — Анна заставляла их репетировать вслепую. На четвереньках подползли к ногам Вероники. Лена — к правой, Маша — к левой.
— Снять маски, — приказала Вероника.
Они сняли. Глаза щурились от света. Вероника взяла Ольгу за подбородок, повертела её лицо.
— Хорошая. А эта? — она потянула Машу за волосы, заставляя задрать голову. — Какая напуганная. Я люблю таких.
Она расстегнула молнию на комбинезоне Ольги — от горла вниз, до самого лобка. Тело Ольги оказалось наружу: грудь с вставленными серебряными кольцами в сосках (подарок Анны за послушание), живот, гладко выбритое влагалище, уже мокрое от одной только атмосферы.
— Приучила к возбуждению от страха? — спросила Вероника у Анны.
— Это врождённое, — усмехнулась Анна. — Я просто развила.
Вероника расстегнула и Машу. Тело Маши было другим — более худым, с рисунком синяков после прошлой недели (Анна отрабатывала с ними «естественный макияж»). На внутренней стороне бедра у Маши тату — «Собственность А.С.», выведенное каллиграфическим почерком.
— Остроумно, — прокомментировала Вероника. — Но сейчас они мои.
Она подвела девушек к шесту в центре гостиной — хромированный, высотой три метра, явно установленный для таких игр. Пристегнула Лену наручниками за спиной, обмотав цепь вокруг шеста, чтобы та стояла на коленях, лицом вниз. Машу — на четвереньках рядом, так, что голова Маши
Сибирь (часть 1)