Свет был приглушённым, только ночник горел. Она сбросила халат на пол. Её тело было совершенным: упругие груди с тёмными сосками, гладко выбритая киска, уже блестящая от влаги, широкие бёдра и круглая попка.
— Разденься, — приказала она мягко.
Максим дрожащими руками стянул футболку, шорты. Его член вырвался на свободу — толстый, венозный, с набухшей головкой, уже блестящей от предэякулята. Анна облизнула губы.
— Красивый... Ложись на кровать.
Он лёг на спину. Анна забралась сверху, оседлав его бёдра. Её влажная щель прижалась к его стволу, но не впускала внутрь. Она начала медленно тереться, размазывая свои соки по всей длине.
— Ты такой твёрдый для мамы... — шептала она, наклоняясь и целуя его в губы. Поцелуй был глубоким, страстным. Её язык проник в его рот, танцуя с его языком. Максим ответил, обхватив её за талию. Руки его дрожали, когда он впервые коснулся её голой груди. Соски были твёрдыми, как камешки. Он сжал их пальцами, и Анна застонала.
— Да... сильнее... щипай мамочку...
Она спустилась ниже, целуя его грудь, живот, и наконец взяла его член в рот. Горячие, влажные губы обхватили головку. Язык закрутился вокруг, высасывая капли. Максим зарычал, схватив её за волосы. Она заглатывала всё глубже, до самого горла, слюни текли по стволу, капали на яйца. Она сосала жадно, громко чавкая, глядя ему в глаза.
— Мам... я... я сейчас... — простонал он.
Анна остановилась, сжала основание пальцами.
— Нет, ещё рано. Я хочу, чтобы ты кончил в меня.
Она поднялась, снова оседлала его и медленно опустилась. Её тугая, горячая киска обхватила головку. Максим почувствовал, как её стенки сжимают его. Сантиметр за сантиметром он входил в свою мать. Это было невероятно — тесно, мокро, горячо.
— О боже... ты такой толстый... растягиваешь маму... — стонала Анна, полностью насаживаясь. Её клитор тёрся о его лобок.
Она начала двигаться — медленно сначала, потом всё быстрее. Грудь её подпрыгивала, шлёпая по его груди. Максим схватил её за бёдра, помогая толкаться вверх. Каждый толчок сопровождался влажным чавканьем. Её соки текли по его яйцам, пропитывая простыни.
— Трахай маму, сынок... сильнее! — кричала она, откинув голову. — Я твоя шлюха... твоя личная мамина пизда...
Максим перевернул её на спину. Инстинкты взяли верх. Он вошёл резко, глубоко, до самого конца. Анна закричала от удовольствия, обхватив его ногами. Он трахал её жёстко, как зверь — быстрые, мощные толчки. Кровать скрипела, голова Анны билась о подушку. Её киска сжималась вокруг него, пульсировала.
— Я... я люблю тебя... — рыдал он от переизбытка чувств, продолжая долбить.
— Кончай в меня! Залей мамочку своей спермой! — вопила она.
Максим зарычал и взорвался. Горячие, густые струи спермы хлынули глубоко внутрь, заполняя матку. Анна кончила одновременно — тело её выгнулось дугой, киска сжималась ритмично, выдавливая из него последние капли. Они дрожали вместе, покрытые потом.
Но это был только первый раз.
Анна перевернула его на спину, села сверху и начала снова тереться. Его член, всё ещё полутвёрдый, быстро ожил внутри неё.
— Теперь я научу тебя всему, мой девственник... — прошептала она, целуя его. — Мы будем трахаться всю ночь.
Она заставила его лечь между её ног и показала, как лизать. Максим жадно ел её пизду, глотая смесь своих спермы и её соков. Язык его проникал внутрь, кружил вокруг клитора. Анна кончила ему на лицо, залив его.
Потом она встала раком. Максим вошёл сзади, схватив её за волосы. Он долбил её грубо, шлёпая по упругой попке. Анна кричала, умоляя не останавливаться. Он кончил второй раз — на её спину, густыми белыми струями.
Свинг праздник