затыки. И никто не догадывался, что эта феноменальная продуктивность подпитывалась чистым, концентрированным страхом, который обострялся ближе к середине каждой недели.
В среду Семён пришел на работу в легком сером костюме и тонкой хлопковой рубашке, заранее зная, что к вечеру этот костюм будет аккуратно сложен на стуле в кабинете сорок второго этажа. Весь день внутри него росло глухое, томительное напряжение. Прошлый «тренинг» на диване, когда он был вынужден смотреть Эльмире Эдуардовне прямо в глаза, сломал в нем последние барьеры сопротивления. Он поймал себя на ужасающей мысли: он больше не просто боялся этих сред — он их ждал.
Стрелки часов неумолимо доползли до 18:00. Офис пустел с космической скоростью. Семён дождался, пока Егор соберёт сумку и попрощается, после чего закрыл ноутбук. Выпив стакан холодной воды, чтобы унять внезапную сухость во рту, парень направился к лифту.
29 июля. Кабинет Эльмиры Эдуардовны. 18:20.
Когда Семён вошел, Эльмира Эдуардовна стояла у панорамного окна, спиной к нему, держа в руке бокал с янтарным виски. На ней были строгие черные брюки с высокой талией и полупрозрачная шелковая блузка, сквозь которую отчетливо угадывались контуры дорогого кружевного белья.
— Закрой дверь на замок, Смольнов, — не поворачивая головы, скомандовала она.
Семён послушно повернул защелку. Стеклянные перегородки послушно затонировались, отрезая их от внешнего мира.
— Я изучила твой отчет по южному направлению, — она медленно повернулась и сделала глоток из бокала. Ее стальные глаза заставили Семёна выпрямиться. — Отличная работа. Ты не просто исправил чужие ошибки, ты оптимизировал весь процесс. Совет директоров сегодня утвердил твою кандидатуру на квартальную премию.
— Спасибо, Эльмира Эдуардовна. Я делаю все, что в моих силах, — тихо, но уверенно произнес парень.
— Растёшь на глазах, — на ее лице появилась тонкая, хищная усмешка. Она поставила бокал на стол и медленно подошла к нему. — Но ты ведь понимаешь, Сёмочка, что вместе с карьерным ростом растет и твоя ответственность передо мной? Преданность нельзя доказать один раз. Ее нужно подтверждать. Регулярно.
Она остановилась в шаге от него. Семён чувствовал тонкий шлейф ее духов, смешанный со слабым ароматом дорогого алкоголя. Ее рука поднялась и тяжелым, властным жестом легла ему на затылок, слегка потянув волосы назад, заставляя парня запрокинуть голову.
— Сегодня, ведущий специалист, мы проверим твою выносливость. Нам предстоит долгая «проверка на прочность». Раздевайся. Полностью.
Семён, уже не испытывая прежней паники, а лишь подчиняясь сладкому, тягучему чувству покорности, быстро снял пиджак, расстегнул рубашку и сбросил брюки. Через минуту он стоял перед ней абсолютно голым. Его член, налитый кровью и твердый как сталь, выдавал его возбуждение с головой, но Эльмира Эдуардовна даже не удостоила его взглядом.
Она подошла к шкафу и достала плотный кожаный ремень. На этот раз на нем был закреплен массивный, реалистичный девайс телесного цвета — длинный и толстый, созданный для максимального растяжения.
Эльмира уверенно застегнула ремень на своих бедрах прямо поверх брюк. Блузку она расстегнула на несколько верхних пуговиц, тяжело и глубоко дыша.
— На этот раз никакого дивана, Смольнов. На колени. Руки за спину, в замок. И не смей их убирать без моего приказа, — скомандовала стальная леди.
Семён беспрекословно опустился на колени посреди кабинета, заведя руки за спину и сцепив пальцы. В такой позе он был полностью лишен точки опоры и баланса, находясь в абсолютной зависимости от ее движений.
Эльмира Эдуардовна подошла к нему сзади. Семён услышал влажный щелчок открывающегося тюбика со смазкой. Обильно смазав массивный девайс и промежность парня, она уперлась одной рукой ему в плечо, а колено выставила между его бедер, заставляя их раздвинуться шире.
Планы на выходные