Я проснулся один. Кровать рядом была пуста, простыня холодная, будто здесь давно никого не было. Первой мыслью было — а не приснилось ли мне всё это? Вчерашняя ночь казалась слишком странной, слишком нереальной, чтобы быть правдой.
Голова раскалывалась. В висках стучало, во рту пересохло, тело ломило так, будто я не спал вовсе.
Я взял костыли и, тяжело опираясь на них, направился в сторону душа.
В коридоре меня встретила Оля.
— Любимый, доброе утро... — сказала она мягко, как ни в чём не бывало. — Я как раз хотела тебя будить. Завтрак уже готов, ждём только тебя.
Она наклонилась и поцеловала меня — коротко, привычно, будто ничего не произошло.
И ушла на кухню.
Я только и успел пробормотать:
— Сейчас... скоро буду.
Приняв душ, пытаясь хоть немного прийти в себя, я направился на кухню.
На столе уже стоял мой завтрак — омлет, аккуратно разложенный, как всегда. Всё выглядело до боли обычным.
Рома сидел за столом, уткнувшись в телефон, будто это было его привычное место.
— О, доброе утро, Дениска, — спокойно сказал он, даже не отрываясь сразу от экрана.
Всё было... как обычно.
Слишком обычно.
И на секунду я действительно подумал, что всё произошедшее ночью — просто сон. Плод больной головы, смеси боли, алкоголя и таблеток.
Оля села за стол, сложила руки перед собой и нарушила тишину:
— Котя... я хочу с тобой серьёзно поговорить. О вчерашнем.
Я поднял на неё взгляд.
— А что случилось вчера? — спросил я, стараясь говорить ровно.
Она на секунду замялась, но всё же продолжила:
— В общем... моё признание тебе. О моей измене...
Я напрягся.
— Я рассказала об этом Роме, — добавила она.
Я хотел что-то сказать, перебить, но Оля сразу продолжила:
— Только ты не переживай, пожалуйста...
Рома поднял взгляд от телефона и спокойно вставил:
— Я сказал, что ты куколд.
Я не выдержал и нервно усмехнулся.
— Я куколд? Да вы что, издеваетесь...
Но Рома уже включился в разговор:
— Денис, будь честен. С нами — и с самим собой.
Он сделал паузу, а затем добавил:
— Оля этого не знает... но я скажу.
Оля насторожилась.
— Что ты хочешь сказать?..
Рома посмотрел прямо на неё:
— Вчера... когда мы трахались... Денис не спал.
Оля резко повернулась к нему:
— Мы не... — она запнулась. — Стой. Ты сказал... он не спал?
— Да, — спокойно ответил Рома. — Он всё видел.
— Тогда... откуда, по-твоему... — он слегка усмехнулся, — смазка у меня появилась тогда?
В этот момент я понял.
Это не было сном.
Ни на секунду.
Я почувствовал, как лицо заливает жар. Щёки горели, взгляд сам опустился вниз. Внутри всё сжалось — стыд, смущение, унижение... всё смешалось в один тяжёлый ком.
Оля смотрела на меня, уже почти не скрывая догадку.
— Что это было?.. — тихо спросила она, хотя, судя по её взгляду, ответ она уже знала.
Но ей нужно было услышать.
Я молчал.
И в этой тишине Рома, не отводя взгляда, спокойно произнёс:
— Это Денис помогал мне, не только возбудиться, но и чтоб я легче в тебя входил.
Слова прозвучали просто.
Но ударили сильнее, чем любой крик.
Рома говорил всё это спокойно, почти буднично, словно речь шла о чём-то обыденном.
Но странно...
Во мне не было ни гнева, ни вспышки ярости.
Ничего.
Только какая-то пустота и странное, тягучее спокойствие.
— Денис... скажи, это правда? Я хочу услышать от тебя, — тихо спросила Оля.
Я поднял на неё взгляд.
И вдруг понял — отступать уже некуда.
— Да... это правда, — вырвалось у меня, громче, чем я ожидал.
Сорделька