– Ну так чего ждёшь, Жанна? – сказала она с вызовом и слегка развела бёдра.
Жанна опустилась перед ней на колени. Её пухлые руки задрали платье Кати, пальцы легли на кружевную полоску трусиков и сдвинули ткань в сторону. Толстый указательный палец Жанны скользнул между влажных складок, и Катя ахнула, запрокидывая голову:
– Ой! Ах...
Жанна ввела палец глубже, её большой палец нашёл набухший клитор и надавил. Катя пошатнулась, но Жанна придержала её свободной рукой за бедро.
Она несколько раз подвигала пальцем внутри, затем извлекла его и поднялась на ноги. Палец блестел от влаги, Жанна продемонстрировала его компании:
– Катенька очень мокренькая, – констатировала Жанна с довольной ухмылкой. – Как и положено хорошей девочке.
Катя хихикнула, отворачиваясь. Жанна рассмеялась и села обратно на диван, вытирая палец салфеткой:
– Кто следующая?
Ирина подняла руку:
– Я хочу поцеловать Катю в губы. По-настоящему.
Катя шагнула к ней, и их губы встретились. Ирина целовала её жадно, с языком, и Катя ответила, её руки легли на плечи темноволосой женщины. Комната снова взорвалась аплодисментами.
Настя, жена Бориса, заявила, что хочет отшлёпать Катю по попе. Катя послушно повернулась, задрала платье, и Настя с размаху опустила ладонь на упругую ягодицу. Звук шлепка эхом разнёсся по гостиной.
– Ещё! – потребовал Олег.
Настя шлёпнула ещё раз, оставив красный отпечаток. Катя взвизгнула, но не отстранилась.
Последней поднялась Алла. Она двигалась бесшумно, как тень. Подойдя к своей сумочке, оставленной на столе, она расстегнула молнию и извлекла нечто, блеснувшее металлом в тёплом свете ламп. Пояс целомудрия. Тяжёлый, хромированный, с замком спереди и кольцом для мошонки, он лежал на её ладони.
– Я хочу, – голос Аллы был ровным, – Чтобы Катя раздела своего мужа догола и надела на него пояс целомудрия.
Она подняла девайс чуть выше, чтобы все могли разглядеть.
– Это будет честный наряд для Миши на сегодняшний вечер. Быть голым и в поясе верности.
Тишина взорвалась. Борис захохотал так, что его живот затрясся под рубашкой. Олег присвистнул, его зубы блеснули в улыбке. Ирина прикрыла рот ладонью, её глаза расширились. Даже сдержанный Дмитрий поднял брови.
– Да! – Жанна вскочила, хлопая в ладоши. – Алла, ты гений! Давай, Катюша, раздевай мужа!
Миша застыл у дверного проёма. Его ноги стали ватными, сердце заколотилось так, что он слышал его в ушах. Пояс целомудрия. На нём. Перед всеми.
– Миша... – Катя подошла к нему, её глаза блестели от алкоголя и возбуждения. – Иди сюда.
Она взяла его за руку и потянула в центр комнаты. Миша шёл, как на эшафот. Его тело горело от стыда, но одновременно с этим он чувствовал, как пульсирует кровь в паху, как нарастает возбуждение.
Катя начала расстёгивать его рубашку. Пуговица за пуговицей. Рубашка упала на пол.
– Дальше, – скомандовала Жанна.
Катя расстегнула ремень, затем молнию на брюках. Стянула их вниз, и Миша переступил через ткань. На нём остались только боксёры, уже влажные от пота и предвкушения.
– Всё! – Олег потёр руки, – Снимай всё!
Катя потянула боксёры вниз, и член Миши – полувозбуждённый, подрагивающий – предстал перед всеми. Он стоял обнажённый посреди гостиной под любопытными взглядами пьяной компании.
Алла протянула девайс Кате.
– Надень на него. Кольцо для мошонки – сначала. Потом зафиксируй член в трубке. Замок защёлкнется сам.
Катя опустилась на колени перед мужем. Её пальцы обхватили его мошонку, пропустили через металлическое кольцо. Миша вздрогнул от холода стали. Затем Катя аккуратно вложила его член в хромированную трубку и сомкнула замок. Щелчок. Замок зафиксировался. Член Миши оказался заперт в металлической клетке и лишён возможности встать. Миша посмотрел вниз – блестящий металл плотно обхватывал его плоть,
Капелька и Дойч