визитку. Я не знала её имени, но помнила тот властный взгляд и то, как она заставила меня встать на колени.
Я достала визитку из тумбочки. «Завтра в шесть». Срок давно вышел, но я вдруг почувствовала непреодолимое желание проверить: вспомнит ли она меня? Я набрала номер, сердце колотилось.
— Алло? — голос был таким же холодным и уверенным.
— Привет... Это Алина. Рыжая пиздализка из переулка. Помнишь меня?
На том конце возникла пауза, а затем раздался низкий смешок:
— Конечно помню. Ты опоздала на несколько дней, рыжая. Но я всё ещё помню вкус твоего языка. Хочешь повторить? Сегодня в семь, по адресу на визитке. Не опаздывай, иначе я найду способ тебя наказать.
Я сбросила вызов, чувствуя, как между ног становится влажно. Я не сказала об этом Лене и Ольге — хотела оставить этот маленький секрет при себе, хотя знала, что позже всё равно расскажу в чате.
В семь вечера я была у указанного адреса. Это был старый дом с тяжелой деревянной дверью. Когда я позвонила, дверь открылась почти сразу. Девушка выглядела ещё более эффектно, чем в первый раз: черное шелковое кимоно, которое едва прикрывало её бедра, и взгляд, который буквально раздевал меня на месте.
— Заходи, — коротко бросила она и закрыла дверь.
Она не стала тратить время на разговоры. Как только я переступила порог, она указала пальцем на пол в центре комнаты:
— На колени. Сейчас же.
Я послушно опустилась, чувствуя, как коленки касаются холодного паркета. Она подошла ко мне, и я почувствовала аромат её духов — тяжелый, с нотками мускуса. Она медленно раздвинула ноги, и кимоно распахнулось, обнажая её абсолютно голую промежность.
— Ты ведь очень скучала по этому вкусу, правда? — она положила руку мне на затылок и с силой прижала моё лицо к своей киске.
Я издала приглушенный стон, чувствуя, как горячая, влажная плоть обволакивает мои губы. Я начала работать языком немедленно, жадно, почти агрессивно. Я хотела доказать ей, что за эти дни я стала ещё лучше, ещё искуснее. Мой язык скользил по клитору, описывая быстрые круги, затем я глубоко погружалась в её складки, собирая каждую каплю её возбуждения.
— Ох... да... — она застонала, впиваясь ногтями в мои плечи. — Ты действительно стала лучше... Твой язык теперь работает как профессиональный инструмент.
Я не останавливалась. Я чувствовала, как она пульсирует под моим языком, как её бедра начинают дрожать. Я перешла на быстрые, вибрирующие движения кончиком языка прямо по самому центру её наслаждения. Звуки были влажными и громкими в тишине комнаты — шлепки моего языка о её кожу, её тяжелое дыхание.
— Больше... сильнее! — приказала она.
Я обхватила её плоть губами, создавая вакуум, и начала сосать клитор с такой силой, что она вскрикнула и выгнулась дугой. Она схватила меня за волосы и потянула назад, заставляя меня смотреть ей в глаза, пока мой язык всё ещё касался её влаги.
— Ты моя маленькая шлюшка, Алина...Такие глазищи... Как у ведьмы... — прошептала она. — Теперь возвращайся на место.
Я снова погрузилась в неё, работая языком с маниакальной страстью. Я чувствовала, как она приближается к пику. Её стоны стали гортанными, почти животным рычанием. И вдруг она резко сжала мои волосы и с громким криком кончила прямо мне на лицо. Всплеск горячей влаги обжег мои губы. Я не отстранялась, а продолжала медленно слизывать всё до последней капли, наслаждаясь терпким вкусом её оргазма.
Когда она наконец отпустила меня, я поднялась с колен, чувствуя себя абсолютно опустошенной и одновременно переполненной счастьем.
— Свободна, рыжая. Я тебе позвоню, на днях, ты хорошо справляешься с моей
Эх, Ленка!!!