на то, что он меня даже не обнял, я пошла приодеться.
Когда вода в ванной выключилась и я услышала, как отец вышел, я уже облачилась в кружевной комплект белого цвета, состоящий из стрингов и майки. Я нашла отца на кухне, налившего себе в бокал бренди и курящего сигарету. Он сидел практически боком к двери и, сразу же увидев меня, улыбнулся.
— Где мой нехороший папа? - и встала в дверной рамке, задрав ногу и уперев её, прогнулась. - Кто не уделяет внимание своей дочке, неужели разлюбил? - я сделала печальное личико и часто хлопала ресницами.
— Хулиганка, ты отцу спокойно жить не даёшь, - он отхлебнул большой глоток и посмотрел на меня печальным взглядом, - нет бы нашла себе молодого и к нему бы приставала.
— Ты меня не любишь, - я села перед ним на колени, - ты меня не хочешь? - изображала я кота из Шрека.
— Да люблю я тебя и хочу, но это всё неправильно, - он опять печально вздохнул и, потушив сигарету, прижал свою ладонь к моей щеке, - пойми, ты достойна лучшего, нормальных отношений, а я... Я просто буду смотреть на тебя и радоваться.
— Опять заладил "правильно-неправильно"... Даже не хочу на это время тратить, - я распахнула его халат, обнажив его член, - вот чего я хочу, - и, взяв его ещё не окрепший ствол в рот, я поставила точку в нашем диалоге.
Лена не могла думать ни о чем другом, кроме как о том, как быстрее увидеть Настю. Зайдя в квартиру и бросив чемодан прямо в коридоре, она тут же сказала родителям, что пойдет развеяться, и родители, списав её спешку на раздражение по причине сильного расстройства от отмеченной поездки, конечно же, ее отпустили. Лена буквально бежала к подруге в гости, не думая ни о чем. Её мысли были забиты только желанием увидеть Настю и убедиться, что она не передумала, не изменила мнение о произошедшем и всё ещё хочет её. Если бы Лена хоть немного подумала, то легко бы вспомнила, что у её подруги на этот день тоже были планы, да такие планы, что она пошла на всё ради них, хоть и результат оказался более чем положительным. Но Лена не подумала даже позвонить подруге и предупредить о визите, и, заскочив в открытую дверь, окрылённая надеждой и мечтами, буквально взлетела по лестнице, рефлекторно дёрнув ручку, беззвучно проникла в квартиру.
Лишь стоя в коридоре подруги, Лену в первый раз за это утро посетила здравомыслящая мысль, что она, подобно вору, без спроса проникла в чужую квартиру. Она уже хотела так же незаметно выйти, как услышала странные звуки за приоткрытой дверью. Лена не понимала, что двигало ею: ревность, зависть или любопытство, но она, буквально движимая инстинктом, вновь утратив способность здраво мыслить, аккуратно закрыла дверь и, сняв обувь, пошла на шум.
Заглянув на кухню, Лена сразу поняла источник этих звуков, которые исходили от Насти, пытающейся как можно дальше пропихнуть в себя член взрослого мужчины, сидевшего на стуле, в котором Лена сразу узнала отца своей подруги. Промелькнувшая вновь здравая мысль о том, что стоит как можно быстрее удалиться, так как она стала свидетелем того, что ей знать не следовало, была тут же стёрта волной возбуждения, накрывшей её. Руки Лены двигались инстинктивно: она расстегнула куртку и начала блуждать по своему телу. Правая рука, буквально занырнувшая в мокрые трусики, найдя любимую точку, с наслаждением приступила к её массированию. Левая же поднялась вверх к груди и, прорвавшись через лиф, нашла уже
Седьмая