и когда мне пришлось слегка наклониться, укладывая книги, сзади раздалось дружное «у-у-у». Затем один из парней подошёл и встал рядом с моим шкафчиком.
— Привет, Аманда, — произнёс он с самоуверенным видом. — Должен сказать, тебе это очень идёт. Как насчёт того, чтобы попозже встретиться под трибунами футбольного поля?
Боже, как я ненавижу этого типа. Из тех, кто мнит себя невероятно крутым, хотя на деле — редкостный придурок, которого дружки только зря раззадоривают.
— Я этим не занимаюсь, — ответила я, закрывая дверцу шкафчика.
— Ага, конечно, — самодовольно усмехнулся он. — Просто ты ещё не была с правильным парнем. Я всё могу изменить.
— Мне нужно идти, — сказала я и попыталась обойти его, но он преградил путь.
— Аманда, ну давай же. Ты не даёшь мне шанса. Я на тебя уже давно глаз положил. По-моему, у нас с тобой могло бы получиться что-то по-настоящему классное.
— Пожалуйста, отойди.
Я уже начала всерьёз беспокоиться, что он так и будет ко мне приставать, когда вмешалась Стейси Ричардс, председатель студенческого совета.
— Эй, дебил, оставь девушку в покое, — сказала она парню. — Ей не хочется проводить время с таким неандертальцем, как ты и твои дружки.
— Ну привет, Стейси, — отозвался он. — Я подумал, раз Аманда у нас любит разгуливать в нижнем белье, может, ей понравится поездка на заднее сиденье моей машины.
— Это не бельё, а беговые шорты. У меня у самой такие есть. А твою машину я видела — сиденья требуют перетяжки.
— Тогда почему ты не носишь эти шорты, если они у тебя есть?
— У меня физкультура только позже, дятел. — Она схватила меня за руку. — Пошли на пару, Аманда.
Откуда она вообще взялась? За тот десяток с лишним лет, что я её знаю, у нас ни разу не было ничего, кроме мимолётных разговоров. И вот теперь, ни с того ни с сего, она спасает меня от какого-то перевозбуждённого самца.
— Господи, ну и мудак же он иногда, — сказала мне Стейси, когда мы направились обратно к лестнице. — Я решила вмешаться, потому что до него, похоже, не доходило.
— Спасибо, — с благодарностью ответила я; я была рада оказаться подальше от этого типа.
— Без проблем. Мы, девушки, должны держаться вместе. Ты сделала домашку к паре?
У нас обеих в эту пару была социология. На удивление, я действительно доделала задание прошлой ночью — нужно было отвлечься от мысли, что меня голой снимают в собственной спальне.
— Да, — ответила я.
— Круто. Сядешь со мной на паре, дашь глянуть? Просто хочу сверить со своим.
Она хочет сесть со мной? Обычно я сижу на задних рядах, а она — впереди и выслуживается перед преподавателем. И тут до меня дошло: это же та самая девушка, которую миссис Дэвис предлагала Эмили и СиДжею вместо меня. Без обид, но сейчас мне отчаянно хотелось бы, чтобы они выбрали её. Почему не выбрали? Она блондинка, загорелая, симпатичная, популярная — казалось бы, они должны были предпочесть кого-то вроде неё, а не такую, как я. Ничего не понимаю.
— Вот и пришли, — объявила она, когда мы добрались до аудитории. — Отлично, давай сядем впереди. — И она потянула меня к двум партам в первом ряду, прямо напротив входа.
Я не хочу здесь сидеть. Каждый проходящий мимо увидит меня. Не говоря уж о том, что и все в аудитории смогут меня разглядывать. Что она творит? И сиденья к тому же холодные. Усевшись, я скрестила ноги и продолжала запахивать толстовку. Ощущение от трения кожи бёдер
Сюрприз для мамочки.