расступались, пока мы втроём не вышли в центр. Заиграла старая песня Flock of Seagulls «I Ran» — то, что мне и хотелось сделать, да только бежать некуда. Я затанцевала, и толпа сомкнулась. Девушки встали с обеих сторон, отчасти заслоняя меня от остальных, и по очереди тёрлись бёдрами о мои бока. Мне это не нравилось, но я терпела, и с каждым движением возбуждение росло. Я чувствовала, как по ногам стекает влага, и когда они вдруг стали тереться одновременно — меня, вопреки моей воле, накрыло оргазмом; мой вскрик, к счастью, потонул в грохоте музыки. Когда песня кончилась, мне надо было сесть — ноги стали ватными. Не могу поверить: я кончила на танцполе. Я глянула на Тай и Бетси: у обеих лица светились счастьем; они не догадывались, что со мной сделали. Мне всё равно было ужасно стыдно, я хотела уйти, но заиграла новая песня — и они снова.
— На этот раз не так близко, пожалуйста, — попросила я, задыхаясь. — Мне нужно немного пространства.
— Извини, — сказала Тай, и мы продолжили. — Кажется, мы увлеклись.
Под Nine Inch Nails я заметила на штанах Бетси влажное пятно — с того места, где она ко мне прижималась. О Боже, только бы она не заметила! Какая же я сейчас грязная. Хоть бы поскорее всё кончилось. Тай вытащила маленький цифровой фотоаппарат и сделала несколько кадров — я с Бетси, а потом Бетси — меня с Тай.
— Мы будем хранить их вечно, — благодарно прошептала мне Тай.
Мне было стыдно: эти девушки считают меня святой, а я вовсе не та, кем они меня воображают. Они думают, я спасаю мир и хочу помочь с Суданом. Боже, как я ненавижу то, во что меня превратили эти две стервы, и то, что я вынуждена подчиняться. Проклиная их про себя, я вдруг с ужасом заметила в углу Эла — отцовского дружка, — он смотрел на меня.
Когда песня закончилась, Бетси и Тай долго обнимали меня и снова благодарили за разрешение продавать диски — которого я на самом деле не давала. Я снова покосилась на Эла — он был там же. Какого чёрта он здесь? С трудом верится, что он завсегдатай подобных заведений, — он женат, двое маленьких детей. Он что, с ними заодно? Расскажет отцу? О Господи, только этого сейчас не хватало.
— Простите, — вежливо обратился ко мне молодой человек в очках, — можно с вами потанцевать?
Я заметила, что Стейси и Эшли спустились на танцпол и двигаются ко мне.
— Я вернусь к вам через минуту, — сказала я и направилась к ним.
— Охренеть, Аманда, — закричала Стейси; от неё разило спиртным сильнее прежнего. — Я сверху видела твой танец с этими красотками. Чёрт, это было горячо, девонька, — ты аж дышала часто.
Я проигнорировала её и отвела Эшли в сторону — спросить про Эла.
— Кто это? — спросила она, когда я показала.
— Друг моего отца. Ты знаешь, что он здесь делает?
— Нет, — удивлённо ответила она. — Я же говорю — мне всего не докладывают.
— Можно им как-то позвонить?
— Нет, они сами звонят. Номеров пока не дают. Думаешь, он что-то затевает?
— Не знаю. Но само его присутствие жутко нервирует.
— Ну, пока я чего-то не услышу или он чего-то не сделает, — я бы на твоём месте заканчивала с танцами и делала вид, что его нет. Не знаю, что ещё сказать.
Мне это не понравилось. Как делать вид, что его нет, когда он не сводит с меня глаз
Света. Три девицы.