— Джереми! Ты теперь всё от меня скрываешь? После всего? — спросила она, внезапно покраснев, когда поняла, что говорит.
Я передал телефон и отдал его папе.
— Выруби себя сам.
Он отвернулся от стола и похлопал себя по коленям.
— Давай, Элис, я покажу тебе, чем занимался наш мальчик.
Мама улыбнулась мне, а потом села боком к папе, распахнув нижнюю часть халата, обнажив ноги до самого бедра. Сидя у него на коленях. Я мгновенно позавидовал. Она должна была сидеть на коленях у меня. Она была моей мамой на коленях.
Они оба сгрудились вокруг экрана телефона, наблюдая за оральными стараниями моей девушки. Пенни была бы в ужасе.
— Эй, ребята, вы не можете говорить об этом, хорошо? Пенни будет убита, если узнает, что я позволил кому-то увидеть эти фотографии.
— Мы сохраним это в семье, — сказал мне папа, пока мама выясняла, как увеличить часть фотографии.
— Кого это тебе напоминает? — в шутку спросила мама, протягивая папе фотоаппарат.
Папа усмехнулся.
— Насколько я помню, одну неопытную первокурсницу. — Папа повернулся ко мне. — Я до сих пор не могу поверить, что ты не чпокнул ее. Она просто прелесть.
Я закатил глаза.
— Мы это обсуждали. Я собираюсь попробовать, хорошо? Не то чтобы это было так уж просто. Мы половину времени лета проводим в хижине, и даже когда мы оба рядом, трудно найти место, где можно побыть наедине.
Мама повернулась ко мне, и я увидел, что папа обхватил ее за талию, а одна рука скользнула внутрь халата, явно играя с ее сиськой.
— Если тебе захочется уединиться, ты всегда можешь привести ее сюда. Я позабочусь о том, чтобы у тебя было немного места. У тебя всегда есть своя спальня.
Я был более чем удивлен.
— На рождественских каникулах ты устроила мне ад за то, что я привел девушку в свою спальню.
— Это было раньше. Ты закончил школу, собираешься поступать в колледж. Все изменилось. И кроме того, я не одобряла ту маленькую дрянную шлюху Тэмми, а не то, что ты привел бы к себе такую милую девушку, как Пенни.
— Господи, мама! Теперь ты мне об этом говоришь? Эй? Такая маленькая информация могла бы очень помочь.
Она подняла на меня брови.
— Я? Если бы мы знали немного о твоих подружках и не слышали об этом из вторых рук, возможно, мы могли бы поговорить об этом. Думаешь, мне нравится слушать о твоих похождениях от Мари? Ты мне больше ничего не рассказываешь.
Я покраснел. Она была права. Я был очень скрытен с ней в таких вещах, по крайней мере, до последних двух дней. Я сел обратно.
— Ты права, мама. Как всегда. Тебе не надоело быть всегда правой?
Она улыбнулась.
— Нет. Но я возьму часть вины на себя. Мы ведь не так уж много открывались в прошлом.
Папа рассмеялся.
— Не то что в последние 24 часа, это уж точно.
Я кивнул.
— Больше никаких секретов. Черт, мне бы не помешал совет. Не похоже, что я сильно продвинулся сам по себе.
Мама усмехнулась, повернув ко мне экран телефона, на котором крупным планом был изображен рот Пенни, обхвативший мой ствол.
— Не так уж плохо. — Она показала изображение папе. — А ты что думаешь?
— Я бы не стал ныть, — ухмыльнулся он. — Может, она и новичок в этом деле, но выглядит вполне готовой. Ты сможешь обучить ее. Могу поспорить, что через несколько недель она затмит твою тетю.
Яхта, солнце, ТЫ и Я