делали, что нам нравилось и почему. Пенни резко хихикнула.
— Твоей маме бы это понравилось.
— Что?
— Увидеть, как ты меня возбудил. Это было охренительно, Джереми. Потрясающе.
— Это всё ты, красавица. Поверь мне.
— Как ты научился это делать? — спросила она, явно любопытствуя.
Уверен, я покраснел.
— Это история для другого дня. У меня была очень хорошая наставница.
— Теперь ты меня убиваешь. Кто?
Я наклонился и нежно поцеловал ее, прикусив нижнюю губу.
— Я обещал не рассказывать. Прости.
— Ты обещал хранить фотографии со мной в тайне, — напомнила она мне. — Ты мой должник.
Она положила руку на мой член, поглаживая и потягивая, медленно возвращая меня к жизни.
— Давай я сделаю еще несколько снимков, как ты это делаешь, и расскажу тебе.
— Ну, конечно, и на этот раз фотографии, вероятно, попадут в Интернет, — сказала она, тыкая в меня пальцем.
— Нет, я обещаю. Никто не увидит их, кроме тебя, меня и моей семьи.
— Твоей семьи?
— Мамы и папы. Папа просто умрет от зависти. Тебе не понадобится двадцати лет, чтобы догнать маму, и я хочу показать ему это.
— Ты шутишь, да? Ты хочешь показать ему фотографии, где я сосу у тебя?
— Нет. Видео.
— Видео! Теперь я знаю, что ты чокнутый.
Я поцеловал ее подбородок, линию челюсти, дразняще облизывая:
— Ты никогда не поверишь, кто и где научил меня, как опускаться на девушку.
Она уколола меня.
— Ты, негодяй. Ты должен был заинтриговать меня, не так ли? Это действительно хорошая история?
— Самая лучшая. Тебе придется поклясться, что ты никогда никому не расскажешь. Меня бы точно убили.
— А видео ты обещаешь показать только нам и твоим родителям?
— Обещаю.
Она взяла мой телефон с кровати и передала его мне, а затем забралась между моих ног.
— Лучше бы это была охрененно хорошая история.
— Готов, Джереми? Давай посмотрим, что я могу для тебя сделать. — Она повернулась к камере. — Надеюсь, вам понравится шоу. — Это был по меньшей мере 15-минутный отсос, и я сходил с ума как от того, что она делала, так и от того, кто будет это смотреть. Я боялся, что у меня разрядится батарея. Она изучала меня, и когда я приблизился, она поднялась, глядя в камеру. — Эй, мама и папа Джереми, он сейчас взорвётся, — сказала она, поглаживая мой член и улыбаясь. — Обычно я высасываю его досуха и глотаю каждую вкусную каплю, но для вас я позволю ему кончить мне на лицо. — Она посмотрела на меня: — Предупреди меня, хорошо?
— Бог мой, Пенни! — простонал я.
— Богиня Пенни, — хихикнула она, прежде чем снова взять мой член в рот. Она сосала и гладила меня, быстро доводя до предела.
— Я уже близко, — предупредил я ее.
Она слезла с кровати и встала на колени.
— Кончи на меня, Джереми. Кончи мне на лицо для своих мамы и папы, — простонала она.
Я последовал за ней, поглаживая свой член. Снова засунул его ей между губ, и потрахал ее сексуальный ротик еще несколько секунд, а потом вытащил.
— Ебать, — простонал я, не сводя глаз с ее лица, пока камера снимала, как я кончаю. Я сделал несколько хороших снимков, прежде чем она открыла рот, и я кончил между ее губами, позволив ей отсосать член, почистив его.
— Я красивая, Джереми? С твоей спермой по всему моему лицу. Помеченная тобой. Ты сделал меня своей.
— Ты прекрасна, Пенни. Охуительно невероятна.
Она вытирала лицо пальцами, посасывая их. Она зачерпнула немного моего крема и протянула пальцы к камере.
Шкодливая проводница