мнению, классная, — так дай им посмотреть, дорогая.
Я заставила себя повернуться и сгорала от стыда, пока Эмили распиналась о моём заде перед всеми — рассказывала, как много подписчиков о нём высказывались и сколько из них назвали его своей любимой частью меня, а потом пустилась рассуждать, какой он необычный по форме и что мало у каких женщин такой встретишь. Я посмотрела на маму — она уже рыдала в открытую, и у меня у самой на глаза навернулись слёзы. Кажется, Боб и Рэй оба это заметили и оба сказали, что я, конечно, красивая, но они уже насмотрелись, и напомнили, что мы опаздываем на встречу. Приятно видеть, что у некоторых людей ещё осталось сострадание.
— Ладно, они правы, — признала Эмили. — Вот твоё платье, Золушка. Ты отлично справилась, я очень тобой довольна. — Она протянула мне платье обратно и добавила: — Я люблю тебя, крошка.
Натянув платье как можно быстрее, я взглянула на лицо Эмили — на нём было выражение, которое ясно давало понять: она ждёт ответа, и лучше бы мне его дать.
— Я тоже тебя люблю, Эмили, — заставила я себя произнести, и это было всё равно что выблевать литр желудочной кислоты. Она осталась довольна и протянула мне руку — я её взяла.
— Эмили, — начала я, — можно, пожалуйста, оставить маму за пределами встречи? Мне кажется, для неё это слишком. Я боюсь, что от неё будет только хуже — она опять может начать возмущаться.
— Как бы мне ни было противно это признавать, ты, возможно, права, — согласилась Эмили. — Марша, почему бы тебе не подождать здесь и не посмотреть встречу из фургона?
— Я хочу быть рядом с дочерью, — громко сказала мама, вытирая слёзы с лица. — Дайте мне минуту, и я пойду с вами.
— Нет, мам, — сказала я, отпустила руку Эмили и подошла обнять маму. — Оставайся здесь. Я знаю, ты хочешь помочь, но со мной всё будет хорошо — это просто встреча. Сделай это ради меня, ладно?
— Ладно, — ответила она. — Прости меня, родная.
— Я знаю, мам. Всё будет хорошо.
— Так, мальчики, — сказала Эмили мужчинам в фургоне. — Смотрите, чтобы всё работало, и будьте вежливы с миссис Джонсон — обращайтесь с ней, как со мной. Я вернусь, когда закончим. Пожелайте нам удачи.
Они оба пожелали удачи, и тогда Эмили снова взяла меня за руку и повела от фургона ко входу в институт.
Мы остановились в коридоре прямо у главного офиса, как только вошли в институт. Эмили повернулась ко мне и ещё раз объяснила, чего она от меня ждёт во время встречи. Хотела она, в общем-то, того же, что и вчера: поддакивать ей, не перечить и, главное, улыбаться, когда нужно. Я ловила себя на том, что разглядываю стены коридора в надежде заметить камеры, которые они установили, но, сколько ни вглядывалась, так ни одной и не увидела. Хотя они точно где-то здесь — я же видела этот самый коридор на одном из мониторов в фургоне. Видимо, спрятали так здорово, что мне до сих пор не найти.
— Ну что, крошка, — сказала Эмили, глубоко вздохнув, — давай-ка ещё разок попробуем твоего мистера Грина. Надеюсь, ради него же самого, что он меня сегодня не разочарует.
Эмили провела меня в главный офис, и я не могла не заметить, что все сотрудницы выглядели страшно напряжёнными. Мы подошли к стойке и прождали больше минуты, прежде чем к нам кто-то подошёл — похоже, все были заняты каким-то кризисом,
Димка