это на себя. Мне нравилось готовить, но особенно мне нравилось готовить для отца. Он спас меня и Сару от ужасной жизни, и вкусная еда и чистый дом казались мне совсем небольшой ценой. Я знала все его любимые блюда с детства и использовала некоторые мамины рецепты, которые нашла.
Со временем мы выработали свой распорядок дня. После долгого рабочего дня на фабрике, папа приходил домой, принимал душ и мы спокойно ужинали вместе. Иногда Сара наслаждалась своим вечерним кормлением грудью за столом, пока мы ели. Папа улыбался мне, а затем смотрел в окно вдаль. Существует стереотип, что мужчинам не нравится много болтовни со стороны окружающих женщин и мой папа не исключение. Как и мама, я следила за тем, чтобы у него было время и пространство для размышлений, чтобы он мог общаться со мной, а не я засыпала его вопросами.
После ужина папа садился в свое любимое кресло, чтобы посмотреть телевизор или почитать газету, пока мы с Сарой играли на полу. После того, как я укладывала Сару спать, я иногда прижималась к нему, чтобы посмотреть фильм, как делала это в детстве. Он поглаживал мою руку или клал её на бедро. Когда его рука обнимала меня, я чувствовала себя в безопасности.
Будучи взрослой женщиной, я понимала, что подо мной может появиться выпуклость, если я буду слишком сильно ёрзать или слишком прижиматься к енему. Я знала, что прошло много лет с тех пор, как его касалась женщина, поэтому я снисходительно отнеслась к его реакции на дочь. Честно говоря, мысль о том, что я его возбуждала, была мне льстила. Я сбросила большую часть лишнего веса после родов, сохранив при этом большую грудь, мягкий живот и широкие бёдра молодой кормящей матери. Было приятно, что меня ценят.
Ощущение его мужского достоинства подо мной вернуло меня в воспоминания о моем детстве и тонких стенах, разделявших наши спальни. Поздно ночью я слышала отчетливый звук пружин кровати и стоны моей матери. Тогда я не до конца понимала, что происходит, но теперь понимаю.
Папа вырос в сельской местности и жил без большинства современных удобств, включая кондиционер. Когда он купил новый дом, это не было для него важной особенностью. В доме было в целом комфортно круглый год, но долгие летние дни могли быть тяжелыми, даже с потолочными вентиляторами и открытыми окнами.
В один субботний вечер я решила уговорить папу купить нам кондиционер. Я приготовила папе коктейль «Олд Фэшн» после душа и подала нам ужин из холодной курицы и овощного салата. Я уложила Сару спать пораньше, у неё был долгий день, проведенный на улице под палящим солнцем. После уборки кухни я приготовила папе второй коктейль, прежде чем извиниться и пойти принять прохладный душ. Я переоделась в легкое льняное платье и заплела волосы в косы, как делала в юности, чтобы чувствовать себя комфортно в жаркую ночь.
Папа смотрел бейсбольный матч и читал газету. Громкость была как раз достаточно высокой, чтобы разобрать голос комментатора. Я положила газету на пол, прежде чем устроиться у него на коленях, положив ноги ему на колени, а голову — на плечо. Свежий запах его мыла был едва уловимым, но ощутимым — того самого, которым он пользовался всю мою жизнь.
Я просто сидела с ним некоторое время, слушая стук его сердца. Он отпил свой напиток и я чувствовала запах алкоголя от его дыхания. Я немного подождала, не желая нарушать его покой.
Во время перерыва в игре я поправила положение и посмотрела на него.
«Папа?» — сладко спросила я, глядя на него широко раскрытыми
Радуга Армагеддона!