рот. Ее внимание переключилось на мужской орган, предназначавшийся ей. Она чувствовала перемены. Член сына был крупнее, чем обычно. Языком она чувствовала, что и вены на нем разбухли сильнее. Она не могла припомнить в сыне такого возбуждения, его покрасневший орган вибрировал от напряжения.
Член сына начал пульсировать сильнее и отчетливее, Камилла уже не управляла рукой сознательно, рука подчинялась командам клитора и лихорадочно его стимулировала. Они кончили одновременно. На этот раз Камилла была не против, что сын грубо схватил ее голову и просунул член так глубоко, как только мог. Она послушно глотала обильную порцию семени, сотрясаясь в судорогах собственного оргазма.
Лев вынул член и дал маме вздохнуть. Он присел рядом и набросился на нее со страстным поцелуем, как благодаря ее за долгожданный полноценный отсос, так и давая понять, что это только начало. Его член оставался твердым, будто и не было извержения в мамин рот.
Он повлек ее в горизонтальное положение, продолжая целовать. Она поддавалась, ее тело тоже было готово, жаждало продолжения. Такого долгого перерыва у них еще не было, даже если считать только те дни, когда они были в сознании. Камилла легла на пол, Лев навалился сверху и вошел в нее. Лев тоже, войдя в контакт с хорошо знакомыми гениталиями матери, сразу почувствовал нечто новое. Ее влагалище было горячим, мокрым и податливым, как никогда. Он чувствовал, что мама принимает его плоть с небывалой жадностью. Лев был донельзя распален и начал сношать Камиллу быстро и размашисто.
До слуха Москвиных дошел новый, начисто лишенный сексуальности, трагический вопль пришедшей в себя Маргариты Сидоровой. Но им было уже все равно, они ничего не замечали. Они совокуплялись так, как привыкли дома - крепко обнявшись, жадно покрывая друг друга поцелуями, стараясь сплестись в единое целое. Они полностью сфокусировались друг на друге, отдаваясь столь желанному ощущению - за пределами их союза ничего больше не существует.
Лев кончил снова, плеснув горячей жидкостью в мамино лоно. Камилла почувствовала, как его член становится мягче. Но Лев не хотел останавливаться, он продолжал скользить по ее хорошо смазанной щели, и его орган снова затвердел, так и не успев обмякнуть до конца. Вскоре Камиллу тоже свело судорогой оргазма. Лев успел кончить еще дважды, в последний раз он ощутил все тот же полный удовольствия оргазмический спазм, но жидкость в маму уже не вылилась. Камилла успела кончить еще трижды, прежде чем эйфория начала их отпускать.
Внешний мир снова безжалостно ворвался в их идиллию. Вернувшись к реальности, Камилла обнаружила, что соседи с интересом наблюдают за процессом. В глазах парней она четко различила зависть и желание. В глазах женщин она увидела шок и осуждение. Хотя на самом деле осуждение она придумала себе сама. Шок - да, но ближайшие соседки вовсе не осуждали ее. Они скорее завидовали, ведь и сами в той или иной степени мечтали о сексуальной разрядке.
На Камиллу снова обрушился стыд, она неуклюже выкарабкалась из под сына и присела у стены, обняв колени. Льву тоже стало неловко от всеобщего внимания и он присел рядом с мамой.
«Спасибо вам, дорогие Камилла и Лев!» - заговорил ведущий. - «Уверен, все вы, и зрители, и участники, согласитесь, что мы стали свидетелями того самого акта высшей формы любви между матерью и сыном! Смотрите внимательно и берите пример! Мы хотим, чтобы каждая из наших семей достигла именно этого! Ваши отношения должны эволюционировать, выйти на новый уровень, и именно так выглядит этот уровень! Полное единение, абсолютная самоотдача партнеру, высшее физическое удовольствие, и все это между двумя самыми близкими людьми! Позволю себе
Эрекция