По дороге к Талии я пытался решить, что же я собираюсь сказать. Я прокрутил разговор в голове несколькими разными способами и в конце концов решил, что мне придется полностью положиться на ситуацию - несмотря ни на что.
Я отпер входную дверь ключом, который дала мне Талия. В доме было совершенно темно. Кроме слабого света ночника в прихожей, нигде не было освещения. Я осторожно закрыл дверь, снял туфли, отставил их в сторону и направился на кухню. Я убрал оба контейнера в холодильник и закрыл дверцу.
Я оглядел гостиную, коридор и глубоко вздохнул. Я направился по коридору, как будто это был мой дом.
— Талия? - окликнула ее мать меня из хозяйской спальни.
В этой комнате тоже горел ночник.
— Я не Талия, но я здесь по ее просьбе, - объявил я.
Мгновение спустя я вошел в комнату. Мать Талии, Таня, сидела, прижимая одеяло к груди. Талия рассказала мне, что ее мать спала обнаженной. Судя по тому, что я смог разглядеть на теле женщины, моя кузина не солгала.
— Ной? Где Талия?
Я начал раздеваться, пока говорил.
— Талия должна была навестить меня сегодня вечером, - сказал я. - Она единственная кузина, с которой у меня не было секса с тех пор, как Джесси и Лина в понедельник лишили меня девственности.
— Твоя мама упоминала об этом..., - сказала Таня с кривой усмешкой на лице.
Ее улыбка погасла, когда я бросил рубашку на пол.
— Талия сказала мне, что сегодня вечером она останется у моей сестры, и попросила меня составить тебе компанию, - сказал я ее матери.
— Это правда? - спросила она.
Я сбросил баскетбольные шорты и стянул носки. Я стоял в одних боксерах. Когда я засунул большие пальцы за пояс нижнего белья, брови женщины поползли вверх.
— Ной? - обеспокоенно спросила она.
— Талия настояла, чтобы я спал в этой кровати обнаженным, - сказал я, стягивая нижнее белье, пока не обнажился мой лобок.
Мой затвердевший член помешал мне снять шорты.
— Талия не спит голой, - сообщила мне ее мать.
— О, - сказал я. - Возможно, я немного перепутал. Кажется, она сказала, что на этой кровати могут спать только голые мужчины.
Я сбросил боксеры, перешагнул через них и застыл, глядя на одну из самых великолепных рыжеволосых женщин, которых я знал. Таня была более зрелой копией своей дочери. Они обе были хладнокровными лисами. Их длинные локоны даже были того же цвета, что и лисий мех.
Я подошел к левой стороне кровати и откинул покрывало.
— Прекрати, Ной, - сказала Таня, мать Талии.
— Я остаюсь здесь на ночь, - сказал я ей, - и собираюсь быть голым. Талия велела мне не задавать тебе никаких вопросов, потому что она сказала, что ты наговоришь такого, о чем потом пожалеешь.
— Это так?
— Если я вру, то умру, - ответил я.
— Мы все умрем, Ной, - ответила Таня таким тоном, словно слишком долго думала над этими словами, прежде чем произнести их вслух.
— Ну, сегодня вечером твоя дочь сказала мне сделать все, что в моих силах, чтобы ты кончила как можно больше раз, прежде чем я засну. Она сказала мне, что, если ты наотрез откажешься заниматься со мной сексом, то я должен буду целовать и ласкать тебя до тех пор, пока не прижмусь губами к твоей сладкой дырочке, а потом не остановлюсь, пока ты не охрипнешь от крика или не потеряешь сознание.
— Моя дочь, кажется, вполне уверена, что ты сможешь справиться с более опытной женщиной, - ответила Таня, взглянув на мой член, который
Жена - карьеристка