– Ага, рост... Как же! – Варвара Евгеньевна засмеялась и приобняла невестку. – А знаешь, я ведь ещё когда Пашка маленький был, уже видела, что ему будет чем свою жену порадовать. У него уже в шесть лет такая балда висела!
– Мама! – возмутился Пашка.
Анька покраснела. Хоть она и дружила со своей свекровью, и общалась с ней как с подружкой, но так далеко Пашкина мать в своих откровениях ещё не заходила.
А Варвара Евгеньевна как будто не заметила смущения невестки:
– А после шести лет он стесняться стал. Больше я его не купала, он сам мылся. Но я думаю, там ведь ещё немного подросло, верно? – она толкнула Аньку локтем. – Как там оно, у сынульки моего между ног? Всё хорошо?
– Всё нормально, – ответила Анька. – С размером, так уж точно.
Она сидела и смущенно смотрела в свой бокал. А потом добавила:
– Иногда даже хочется, чтобы ваш мальчик был чуть поменьше.
И женщины снова прыснули.
– Да вы чего! – возмутился Пашка. – Вы что такое обсуждаете вообще! Прямо за столом!
Но на него никто не обратил внимания. Варвара Евгеньевна сказала:
– Это всё благодаря мне. Я ему в подростковом возрасте орехи покупала, и сметану. Вот он мужской силы и набрался.
– Мама! Может, ты при мне не будешь это обсуждать?
– Между прочим, – заявила она пьяным голосом, – обсуждения достойны все темы. Что замалчивается, то внутри тебя гниёт. Понятно тебе? Всё, что скрыто, должно быть открыто. Выведено наружу. А иначе оно всё накопится, да и лопнет.
– Что? – Пашка отвёз взгляд. – Ничего внутри меня не гниёт. Ты о чём вообще?
– Я не о тебе говорю, а в общем! – объяснила Варвара Евгеньевна. – Ты знаешь, я всегда за открытость. Ничего предосудительного мы не обсуждаем, верно, Анечка? Тут все взрослые люди. И вообще, тема секса в нашем обществе избыточно табуирована.
– Табуирована? – удивился сын.
– Я только говорю, что мы с Анечкой обсуждаем то, что все и так знают. – Развела руками мать. – Вот только вслух почему-то боятся произнести. Пока вина не выпьют. – Она подмигнула невестке, а затем снова повернулась к сыну. – Вот ты скажи, Пашка, я что, не знаю, что у тебя член есть? Знаю! Это не секрет! Или я не знаю, что вы с Анькой делаете, когда я в свою комнату ухожу? Тоже знаю! Я иногда даже пораньше ухожу, чтоб вы делом заняться успели. И я слышу, как Анечка через стену стонет. Молодец, сынуля, не зря орехи ел!
– Извините, – сказала Анька, и стала сосредоточенно пить вино.
– Кажется, алкоголь делает тебя более открытой, чем положено в приличном табуированном обществе, – пробормотал Пашка и убрал недопитую бутылку со стола.
Мать невозмутимо взяла штопор и открыла следующую.
– А что я такого сказала? Ничего неприличного я не говорила.
– Говорила! – упрямился сын. – Ты говоришь о моём члене с моей женой. Это непристойно!
– Анют, а ты как думаешь? – обратилась свекровь к невестке. – Я что, сказала что-то непристойное?
Та икнула. Слова давались Ане уже с трудом, но она заговорила медленно и более-менее членораздельно:
– Я думаю, ничего такого вы не сказали, Варвара Евгеньевна! – кивнула она, поддержав любимую свекровь. – Про анал... анал... Проанализируем ситуацию, – наконец выговорила она. – Вы сказали, у вашего сына есть член. Факт! Сказали, что он большой. Факт! Сказали, что мы с вашим сыном занимаемся сексом и вы слышите мои стоны. Факт! Ничего очень пошлого я не услышала, обычные семейные факты.
Приключения-3