в полубессознательном состоянии, спустилась по лестнице. Из столовой доносился шум. Я смутно помнила, как, вернувшись с работы, поставила на стол китайскую еду к ужину. Была пятница. Готовить было совсем не хочется. Джеймс и Дженни засмеялись, как брат и сестра. Такие невинные.
Одна занималась сексом, а с другим я хотел переспать.
Что происходило с нашей семьей?
Не знаю, почему я оказалась в прачечной. Нужно было это сделать, но обычно я бы подождала до ужина. А тут я, одежда моей семьи рассортирована, готова к стирке на выходных. Мне просто нужно было сделать что-нибудь, хоть что-нибудь, нормальное прямо сейчас. Всё было как в сумасшедшем. Моя дочка не может быть беременна.
А что, если бы это было так? Как бы я с ней поговорила? Мне пришлось бы поговорить с ней, заставить её заговорить. Она, должно быть, очень напугана.
Моя рука потянулась к её куче нижнего белья и я вытащила первое, что попалось под руку. Это были красные стринги. Такой смелый крой. Меня пробрала дрожь. Надо было заметить тревожные знаки. Её нижнее белье стало таким смелым с тех пор, как ей исполнилось n-2. Она покупала стринги и другое откровенное белье, а также бюстгальтеры с кружевом и лентами — вещи, предназначенные для того, чтобы показывать их любовнику и…
Мои глаза расширились. На промежности её стрингов были безошибочно видны следы спермы. Я вдохнул этот привкус соли и пряный, женственный мускус. Это было свежо. Должно быть, именно эти трусики она носила сегодня.
Она занималась сексом в школе или после школы и...
Я застонала от осознания, чувствуя себя такой идиоткой. Две недели назад я вернулась домой раньше с работы, ошеломленная мыслью о том, что Шерил Эллистон, возможно, забеременела от своего n+1 летнего сына Клинта, а не от своей очевидной лжи об интимной связи на одну ночь во время отпуска в Мексике. Мне показалось, что я почувствовала запах вагины — вот этой вагины — в гостиной, и обнаружила мокрое пятно на диване.
Это был не напиток, пролитый одним из моих нерадивых детей.
А потом я нашла Дженни в ванной комнате на первом этаже. Она принимала душ. Там никто не мылся. Когда я разговаривала с ней через дверь, она тоже вела себя как-то странно. Может, она умывалась после... своего парня? Она даже не упомянула о нём. Может, я просто пропустила, как он выбежал через заднюю дверь? А Джеймс был дома, наверху. Он вообще знал, что делает его младшая сестра?
"Мама?"
Я вздрогнула, издав испуганный вскрик и крутясь, крепко сжала трусики дочери на груди. Я почувствовала, как свежая сперма прижалась к моей коже, когда я повернулась и посмотрела на своего сына, Джеймса. Он был высоким, с короткой каштановой стрижкой, красивым лицом, полным мальчишеского обаяния. Меня пронзила жаркая волна.
Дженни занималась сексом с молодым человеком, похожим на Джеймса.
Образы, вспыхивающие из моих утренних мастурбационных фантазий, словно я еду верхом на Джеймсе, пронеслись во мне. Я представляла, как скачу на его члене, как ввожу его в мир удовольствий, которые может подарить женщина. Он ведь ни с кем не встречается. Я могла бы научить его, просветить...
Что со мной было не так?
«Ты в порядке, мама?» — спросил он.
«Да», — выдохнула я.
«Еда остывает. Думаю, стирка может подождать».
«Хорошо», — сказала я дрожащим голосом. Он был таким сексуальным. Таким красивым. Я так хотела переспать с ним. Во всем виновата Шерил Эллистон. Почему она и её извращенная семья должны были быть моими пациентами? Держу пари, Клинт спал со всеми ними. Со своими сестрами, с матерью, определенно с кузинами и тетей. Это было так неправильно.
Случий на остановке