чтобы что-то сказать, но Кира властно приложила бледный палец к своим алым губам. Шум был лишним.
Кира бесшумно поднялась с кресла, подошла к кровати сзади Лены и скользнула под одеяло. Она устроилась так, чтобы голова Лены покоилась на её изящной руке. Ладонь Киры собственнически легла на её бедро, а губы коснулись шеи. Лена почувствовала, как влажный язык Киры медленно, дразняще ласкает мочку её уха, заставляя всё тело покрыться мурашками.
— Как вы тут без меня? — едва различимым, бархатным шёпотом спросила Кира прямо ей в ухо.
Лена лишь едва заметно кивнула, не смея издать ни звука, чтобы случайно не разбудить Машу, которая безмятежно спала рядом.
— Я проголодалась, — выдохнула Кира, и в её голосе проскользнула опасная, голодная нотка. — Идём в нашу комнату. Оставим её наедине со своим сном. Ей нужно набраться сил.
Кира легко, словно Лена ничего не весила, подхватила её на руки и понесла по тёмному коридору в сторону хозяйской спальни. По пути она жадно, ненасытно целовала её, лишая остатков воли. Толкнув изящную дверь, Кира опустила девушку на широкую, застеленную тёмным шёлком кровать.
— Ты ведь знаешь, как именно я люблю, — низким, гипнотическим голосом произнесла Кира.
Лене не нужны были лишние приказы. Она покорно перевернулась на живот и приподняла подол своей сорочки, полностью обнажая бёдра и ягодицы перед своей хозяйкой. Кира плавно опустилась на постель сзади неё. Её горячее, обжигающее дыхание коснулось нежной кожи, заставив Лену сладко вздрогнуть в предвкушении.
А в следующее мгновение тишину комнаты прорезала резкая вспышка боли — Кира глубоко и властно вонзила острые клыки в упругую плоть. По бёдрам потекла струйка густой, тёмной крови, которую Кира тут же принялась жадно слизывать и пить.
Для Лены эта боль мгновенно растворилась в волне неописуемого, запретного наслаждения. Разум заволокла блаженная туманная дымка, унося мысли далеко за пределы реальности. Единственным её желанием, заполнившим всё существо, было одно — полностью удовлетворить своё божество.
Следом Лёна почувствовала, как острые клыки сомкнулись на её второй ягодице. Новый укус отозвался ещё большим, невыносимым кайфом. Кира пила её кровь, насыщая свой древний голод, и это единение было абсолютным. Наслаждение Лены достигло такого пика, что тело перестало слушаться — под ней, прямо на шёлковых простынях, начала стремительно образовываться влажная лужа.
Кира оторвалась от её кожи на секунду. Заметив это, она хищно улыбнулась и с хлёстким, звонким звуком шлёпнула Лену по бедру:
— Плохая девочка...
И тут же с затаённым стоном вернулась к своему кровавому пиршеству.
Когда голод утих, а Кира полностью насладилась своей послушной невестой, она отстранилась. Тяжело дыша, Кира поднялась, достала из шкатулки баночку со специальной, пахнущей травами мазью и аккуратно обработала раны. Кровотечение мгновенно остановилось, стягивая кожу и оставляя на память лишь аккуратные, едва заметные следы от смертоносных клыков.
Насытившись, Кира легла рядом, притягивая к себе уставшую девушку. Лена уткнулась носом в её прохладное плечо и тихо, нарушая тишину спальни, спросила:
— Кира... ты действительно хочешь, чтобы Маша присоединилась к нам?
— Да, — эхом отозвался бархатный голос хозяйки дома.
Наша гостья должна познать все стороны тёмной романтики. Кажется, ты ведь уже начала её подготавливать?
Лена покорно закивала, прикрыв глаза:
— Да... Мы были на реке в лесу. Там она сама попросила поцеловать её так, как целуешь ты.
Кира заинтересованно приподняла бровь, и её глаза хищно блеснули в темноте:
— И ты это сделала?
— У меня не хватает сил целовать и властвовать так, как это делаешь ты, — призналась Лена. — Но я сделала это гораздо грубее и требовательнее, чем обычно.
Необычные похождения моей киски и её друзей. Часть - 11