ему мысль, что в служении барышням его единственное предназначение, и он счастлив. Просто светится от восторга!
Сейчас я показываю ему, как правильно разувать барышню, как надо нежно и аккуратно мыть её ножки, какой должна быть вода в тазике (тёплой, а не горячей), и всё это я демонстрирую своему помощнику, одновременно обслуживая противную кокетку Софи. Которая блаженно протягивает свои длинные ноги в сторону наших с Шаманом сосредоточенных физиономий и призывно шевелит пальчиками.
Она улыбается. Ей очень хочется, чтобы сразу два раба лобзали бы её шаловливые ступни, но я теперь точно такая же ученица, как и она сама, и потому подобные неуставные отношения расцениваю как бабавщину. Неприемлемую с точки зрения пансионной дисциплины.
Но кто и когда здесь обращал внимание на устав пансиона и, тем более, на какую-то там дисциплину? Гораздо важнее неформальные правила и традиции. И потому я с серьёзным видом показываю Шаману вытянутые трубочкой губы, кивая на подошвы ног этой кривляки, и благословляю его целовать ей только что вымытые ступни.
Шаман целует, светясь от неподдельного удовольствия. Софи смотрит на меня, ехидно улыбаясь и грозя пальчиком. А я уже спешу обслужить по той же схеме её подружку Полуночницу, которая на наши эротические игры не обращает никакого внимания, будучи вся поглощена содержанием какого-то старинного папируса.
Остальные девушки тоже устали и все хотят как можно скорее завалиться в кроватки, и поспать, хотя бы часов пять-шесть. Так что мы с Шаманом управляемся достаточно быстро. Непроницаемые гардины задвинуты так, чтобы ни один солнечный лучик не нарушал покоя спящих красоток. Шаман благодарно улыбается и... неожиданно целует мне руку!
Ох-ре-неть!
— Ты что?! С ума сошёл? – шёпотом спрашиваю я, отдергивая кисть и в ужасе оглядываясь по сторонам. Нас, разумеется, никто не видит, но внутри у меня уже раздаётся тошнотворный смешок Полинки:
«Да ладно!» - ржёт она. – «Неужели неприятно?».
Шаман смотрит на меня испуганно, не понимая, чем он меня обидел. И как ему растолковать всю двусмысленность создавшейся ситуации?
— Никогда так больше не делай! – строго говорю я и наталкиваюсь на его ещё более недоумённый взгляд.
— Но ты же... Ты же ученица! Ты же ведьма! – как-то не очень уверенно говорит он.
— И что? Я здесь такой же, как и ты – слуга всех этих девушек, просто я учусь на ведьму. Я пока ещё не ведьма, я просто ученица. И вряд ли стану... полноценной ведьмой.
Говорю, а самому стыдно. Как ему объяснить, что тут вообще происходит? Да и самому-то как разобраться в перипетиях сложившейся ситуации?
«А что тебе непонятно? – снова встревает во внутренний диалог со мной моё тёмное Альтер Эго. – Ты хотел вернуть своё тело – ты его вернул. Хотел учиться на ведьму – ты практически ведьма. Херовая, если честно, но ведьма. Вон даже Шаман тебя признаёт в этом качестве. Да и не только он! Твоя подружка Фатима назвала тебя Октавой. Кстати...».
«Даже не начинай!» - злобно пытаюсь я оборвать эту сучку.
«Не-не-не!» - ехидствует Полина. – «Давай обсудим! Тебе совсем скоро идти на совет Ордена Хаоса, ты же хотел внедриться к ним! Хотел? Признавайся!».
«Ну, хотел...» - тушуюсь я мысленно, понимая, что она всё равно не отстанет.
«Ну, вот! – торжествует эта стерва. – Вот ты и стал Октавой, - полноценной участницей экстремистского сообщества, радуйся! Что теперь будешь делать?».
«А что мне делать? Я же ни черта не понимаю в ваших делах. Меня раскусят на первом же заседании».
«Это точно, - кайфует она. – Но ты мог бы попросить меня сходить вместо тебя. Давай, унижайся, валяйся у меня в ногах, умоляй!».
стриптиз