держа кулон в руке, он застал ее врасплох, нежно поцеловав в щеку.
— Совсем как ты. - Он поцеловал ее еще раз, и на этот раз его губы почти коснулись ее губ, целуя чуть правее рта. - Я люблю тебя, мама.
— Я тоже тебя люблю, - ответила она, тронутая проявлением нежности.
— Прости, что я был таким ослом в последнее время. - Эрик отпустил кулон, но продолжал говорить. - Я не должен был тебя обижать. Хороший сын всегда хорошо относится к своей матери.
— Я ценю это, - медленно проговорила она, не в восторге от того, как он подбирал слова после ее снов.
— Я ценю тебя и должен показывать это чаще. Показывать, как могу.
— Тогда просто не будь таким несчастным. Ты можешь сделать это для меня?
— Я сделаю все, что ты захочешь, мама, - сказал он ей со странным выражением в глазах. - Все, что угодно.
— Ну, для начала ты можешь позволить мне одеться, чтобы я могла спуститься вниз и помочь тебе.
— Конечно. - В его голосе звучала неохота, но он отступил от нее. Как только он это сделал, его взгляд, казалось, обрел сосредоточенность. - Скоро увидимся.
Он повернулся и направился к двери. Остановившись в дверях, он обернулся, чтобы посмотреть на нее. - Ты действительно красивая, мама. Ты должна позволить кому-нибудь позаботиться о себе.
— Тебе тоже стоит.
Он пожал плечами: - Кто знает, может быть, мы просто продолжим заботиться друг о друге.
Он закрыл за собой дверь, и Эмма потерла висок. Что здесь происходит? Ей показалось, что за его словами скрывается более странный смысл, чем должен быть. Он, без сомнения, смотрел на ее грудь и не сводил глаз с ее тела, когда она лежала.
Ей пришла в голову нежелательная мысль…как долго он пробыл здесь, прежде чем разбудил ее? Но дело было не только в нем. Эмма заставила себя забыть о воспоминаниях прошлой ночи. В тот день она сделала то, чего не должна была делать, - наблюдала за Эриком.
Сразу после этого она почувствовала достаточно вины и стыда, чтобы понять, что у нее появились чувства, которые не должна испытывать настоящая мать. Почему это вспомнилось прошлой ночью и так ярко? И она не могла лгать себе и притворяться, что в ее воображении Эрик совершает немыслимое - трахает ее.
Но у нее было два сна о немыслимом между другими людьми. Один - до ее видения, а другой - сразу после. Она винила во всем странный разговор Робин о том, что сын - мужчина в доме, и запретные фильмы, но это никак не укладывалось у нее в голове.
Но это объясняло то, что ее постыдные воспоминания всплыли на поверхность. Она кивнула самой себе. По крайней мере, этому было объяснение. Но ей и Эрику снились одни и те же люди, по крайней мере, сыновья. Или было что-то еще? Она солгала Эрику. Неужели он что-то скрывал от нее, когда она сказала, что ей ничего не снилось?
Бен и Мэри, последние жильцы. Пол и...? Эмма заставила себя расслабиться и сосчитать в обратном порядке от двадцати до одного. Это было то, чему она научилась в колледже, и по какой-то причине это всегда помогало ей собраться с мыслями, когда она работала над делом.
Она прокрутила в голове рассказ Робин о различных событиях в доме. Пол был сыном, который исчез вместе со своей матерью Кэти. Блондинка, должно быть, была Кэти. Во сне Пол беспокоился, что его поймает отец. Кэти и Пол исчезли только для того, чтобы через несколько месяцев объявиться в Калифорнии.
Курсы тёрки и мытья (Головомойка)