Категории: Измена | Минет
Добавлен: 10.09.2026 в 03:37
моей вине, а теперь я сплю с ним в его же постели, и он после этого напевает песенки. Словно я действительно помогла ему. Словно я действительно принесла в его жизнь что-то хорошее.
Приведя себя в порядок, я спустилась вниз. В доме было тихо и солнечно. Через панорамные окна гостиной лился яркий утренний свет, заливая всё вокруг золотом. Я прошла на кухню и увидела через окно, что Борис на заднем дворе грузит в тележку землю. Видимо, решил заняться огородом или клумбами. Его спина блестела от пота, мышцы перекатывались под загорелой кожей. Я отвела взгляд и тут заметила его. На кухонном столе — том самом столе, на котором вчера вечером я лежала, прижатая его телом — лежал лист бумаги.
Я взяла его в руки. Обычная белая бумага, немного помятая с краю. Печатными буквами, старательно, почти по-детски, было написано обращение Бориса. Он писал о том, что не держит зла на Виктора, что понимает — это была случайность, трагическое стечение обстоятельств. Что он, Борис, просит суд проявить снисхождение, смягчить приговор и выпустить моего мужа и отца нашего ребёнка на свободу. Внизу стояла дата — сегодняшнее число, и подпись. Размашистая, с завитушками. Он сдержал слово. Он действительно написал это.
Внутри меня всё радовалось. Сердце забилось быстрее, к горлу подкатил комок. Я смотрела на этот листок и не могла поверить, что держу в руках свободу моего мужа. Что вот она — награда за все мои унижения, за все мои грехи. Всё было не зря. Всё, через что я прошла, — не зря. Я быстрее набрала адвокату. Гудки тянулись бесконечно долго, и я уже начала нервничать, когда на том конце наконец ответили.
— Алексей Петрович! Это Таня. Обращение написано, оно у меня. Борис всё подписал.
Адвокат говорил быстро, деловито. Просил скорее привезти документ, чтобы он немедленно направил его в суд. Времени было совсем мало — моего мужа должны были отправить этапом в другой город, очень далеко от того, где мы жили. Если не успеть подать обращение до этапа, всё усложнится в разы. Придётся ждать, проходить новые инстанции, и Витя проведёт в тюрьме ещё неизвестно сколько. Я заверила адвоката, что выезжаю немедленно, и положила трубку.
Сложив листок аккуратно, я убрала его в сумочку и вышла во двор. Борис стоял у тележки, вытирая лоб рукавом рубашки. Он увидел меня и улыбнулся.
— Спасибо. Это очень важно для меня.
— Танюш, я же обещал. Только вот теперь я боюсь, ты больше не придёшь ко мне, и помощи по дому мне ждать не от кого будет.
— Почему? Я буду вам помогать. С уборкой, с готовкой, если будет нужно. И Витя, мой муж, тоже может вам помогать по территории. Вы познакомитесь с ним и поймёте, какой он добрый.
Он улыбнулся мне, но в этой улыбке было что-то неуловимое. Не знаю, почему, но в ней я увидела какой-то хитрый знак. Словно он говорил не о готовке и помощи в уборке. Словно он говорил о другом — о нашем секрете, о том, что между нами произошло и что, возможно, ещё произойдёт. И тут до меня дошло. Приехав к нему помогать в следующий раз, я снова окажусь в его объятиях. Он снова захочет меня. И самое неприятное — я понимала, после сегодняшней ночи и утра, своё добровольное желание быть с ним. Насаживаться на его толстый член и кончать от чувства измены мужу. Эта мысль пугала и возбуждала одновременно.
Такси приехало быстро. Я попрощалась с Борисом, чмокнула его в щёку — как старого друга, как хорошего
Вероятность происходящего равна нулю