очень осторожно двигать своим писюном в девственном анусе: вперёд-назад. Аня до этого терпеливо ожидала, когда я продолжу, и теперь безропотно принимала легкие подвижки моего члена. Весь запал её куда-то исчез и было видно, что ей больно, а может и стыдно, что позволила какому-то малознакомому юнцу трахать её в жопу. Она морщилась и аж слегка вздрагивала, когда мой стержень постепенно немного заглублялся в её дупло. Мне даже стало её жалко. Может, стоит прекратить опускать девчонку? Но ведь молчит же она, и сама позволила проникнуть в своё очко. Никто её не неволил. Сама раздвинула ноги и терпит. Значит, всё в порядке.
Я продолжил неспешно осваивать дупло партнёрши и постепенно сопротивление непорочного ануса уменьшалось, скользить в его недрах становилось всё легче и свободнее. Да и Аня как-то расслабилась, перестала лихорадочно конвульсировать, дыхание её участилось, и я даже почувствовал некую ответку в её движениях. До этого она была неподвижна, а сейчас она стала едва заметно двигать своим тазом мне навстречу. Она мне подмахивала!
Через пару минут мой стойкий стержень уже на всю свою длину погружался в Анютины недра, а мои яйца смачно шлёпались о её промежность. Девушка, не стесняясь, теперь сама устремляла свою тощую попку навстречу моему пенису так, что мне стало немного больно в тазовой зоне. Спальню оглушали звонкие хлопки и чувственные стоны юной давалки. Я постепенно прекратил всякое движение, а подружка сама с всё возрастающим темпом неистово насаживалась на мой ствол. Не ожидал я от неё такой прыти! А ведь поначалу казалась такой скромняшкой.
Соски её метались в разные стороны, и я не смог удержаться, чтобы не ухватить их своими руками. Едва я их поймал и крепко сжал, как Аня громко вскрикнула, прижалась ко мне и завертела своей жопой на моём хуе, издавая протяжный сладострастный стон. Сиськи её я не выпустил, а наоборот стал притягивать к себе так, что девушка приподнялась и теперь стояла на коленях почти вертикально, продолжая неутомимо двигать своей худой задницей. Сдерживаться я более не мог, и порция моего семени оросила глубокое нутро девушки. Аня опять вскрикнула и снова неистово затряслась, испытывая второй оргазм. Я довольно долго пульсировал в её прямой кишке, а она всё это время оргазмировала.
Как только я иссяк, она тоже как-то обмякла и обессиленная стала валиться на кровать. Но мой член ещё окончательно не угас и я не хотел, чтобы он так быстро покинул это гостеприимное дупло. Мне удалось уложить на бок Анюту, не вынимая своего друга из неё и так же на боку пристроиться позади неё. Девушка закрыла глаза и затихла. Волна нежности окатила меня, и я стал трепетно поглаживать её растрепавшиеся густые волосы. Они были влажными от пота. Анюта не сопротивлялась. Я постепенно стал поглаживать её лицо, шею и когда перешел к её уже обмякшим сосочкам, она вздрогнула и попросила этого не делать.
— Мне нужен отдых. Слишком много эмоций на сегодня. Я опустошена, - произнесла она не громко.
— Сожалеешь о произошедшем?
— Нет. Хотела кончить и вот это получилось.
Было прикольно разговаривать, лежа на кровати с голой девушкой, прижавшись всем телом к ней с засунутым в её очко членом. Мой писюн давно скис, но у Ани оказался довольно упругий сфинктер, который плотно обхватил моего друга, не желая выпускать его из вынужденного плена.
— Я, конечно же, тебя хотел, но не думал я, что ты мне что-то вообще позволишь, - попытался я разговорить подругу.
— Ты хотел. А ты думаешь, девушки не возбуждаются, когда рядом с ними находится парень с вечно торчащим
Пленница. Побег или неволя. Часть 14