Будут улыбаться, заглядывать в глаза. Ты для них — лёгкая добыча. Писать, звонить, предлагать встретиться «на часок». Кто-то будет пытаться шантажировать, кто-то — просто пользоваться. Ты сейчас в том возрасте и в том состоянии, когда от тебя будет сильно пахнуть «свежей блядью».
Я покраснела и опустила взгляд. Ее откровенность и осведомленность меня шокировали. Но в целом она говорила правду.
Мама продолжила жёстче:
— Ты никогда не водишь никого домой. Ни под каким предлогом. Ни «просто друга», ни «парня, с которым просто пообщаемся». Этот дом — наш, ну и твоё безопасное пространство.
Мама вышла из комнаты, а я ещё долго сидела, глядя в одну точку. Теперь нас было трое в этой «игре». И правила стали намного сложнее.
Внутри меня было всё перемешано: злость, возбуждение, страх и странное чувство облегчения. Тайна перестала быть только нашей с отчимом. Теперь она стала еще и нашей. *Женской. Я чувствовала себя одновременно грязной и развратной. Мысль о том, что мама видела, как меня жёстко ебут, вызывала жгучий стыд — и при этом сильное возбуждение. Я стала ещё больше ощущать себя пидовкой: слабой, похотливой, зависимой.
Прошло три недели и все сошло на нет, жизнь вошла в какое-то странное, спокойное русло. Утром мы втроём завтракали, как обычная семья. Потом отчим с мамой уходили на работу, а я занималась своими делами, по большей части зависала в онлайн-играх. Прежнего буйного секса между мной и отчимом почти не было. Конечно, теперь он почти каждую ночь и утро проводил с мамой. Я слышала, как они ебутся — иногда довольно громко.
За это время он трахнул меня несколько раз, пока матери не было дома. Происходило это довольно быстро и примитивно. Я играла за компом, он подходил сзади, укладывал руку на плечо и расспрашивал, как у меня дела. Не отрываясь от экрана, я отвечала нормально. Его рука спускалась и нащупывала мой член, на котором уже не было пояса верности и начинала его ласкать. И все-таки я возбуждалась и вставала раком оперившись об компьютерный стол. Отчим молча сдергивал с меня шорты или трико, вместе с трусиками, теперь я их стала носить постоянно. Сплёвывает на руку, смазывает мой анус и свой член. Потом просто входит, несколько быстрых, жёстких толчков, его тяжёлое дыхание у меня над ухом — и всё. Он кончает внутрь, вытирается моими трусиками, похлопывает по плечу, делает краткий поцелуй в щёку и уходит к себе.
Ни ласк. Ни обнимании. Ни «папочки». Ни долгих разговоров. Он больше не смотрит на меня так, как раньше. Нет того голода в глазах. Подходит как к удобной дырке. Быстро, молча, кончает и уходит. Я чувствую себя использованной вещью. Постепенно сошло на нет и это...
Вечер с мамой
Дома и на улице я старалась жить максимально «по-парневому»: джинсы, худи, футболка, кепка или спортивный костюм. Без макияжа, но начала пользоваться увлажняющими кремами для лица и тела, везде тщательно подбривалась – оставаясь гладкой.
Поначалу мне было страшно выходить на улицу, я думала, что теперь все уже будут подозревать что я пидорша. Из моих друзей и подруг казалось никто ничего не замечал. Не говоря уж о прохожих и соседях. Было все как раньше.
Мама, видя мой откат к прежней жизни решила «помочь» и организовала мне пару свиданий с девушками своих знакомых.
Первое свидание было с девушкой по имени Катя, 22 года. Симпатичная, худенькая, очень милая. Мы встретились в кафе. Сначала всё шло нормально, но уже через двадцать минут разговор начал буксовать. Она рассказывала про свою работу, про учёбу, а я слушала и понимала — мне совершенно
Залез в гости в дом