— Для следующей песни мне понадобится помощь. Встречайте — наша юная и невероятно талантливая пианистка Алиса!
Дочь вышла под софиты и уверенно заняла место за синтезатором. На ней было то самое строгое черное бархатное платье с аккуратным белым воротничком и тяжелые кеды. Светлана невольно улыбнулась про себя: «Ну точно примерная выпускница». Ей и Алисе уже исполнилось по восемнадцать, но в этом наряде дочь казалась совсем юной.
— Эта песня называется «Первая любовь», — объявила Кристина.
Свет в зале мгновенно погас, оставив в ярком луче софита только Кристину. Алиса заиграла — из-под её пальцев полилась глубокая, тягучая и невероятно красивая мелодия. Это была песня-исповедь. Кристина пела о своей первой, запретной любви к взрослой женщине. О том, как с самого детства тайно наблюдала за ней, пока та видела в ней всего лишь подружку своей дочери. О том, как несмело хотела сделать первый шаг, но не была услышана. И о том, как со временем набралась дерзости, решив взять свое силой и напором. Финал песни откровенно и чувственно описывал их свидание в постели этой женщины.
Когда музыка стихла, свет вернулся. Кристина тяжело дышала у микрофона, глядя прямо на Светлану, которая стояла в первом ряду, намертво сжав в руке бокал с вишневым напитком. Зал буквально взорвался. Женщины вокруг кричали «Браво!», многие судорожно вытирали слезы, тронутые этой лирикой. Алиса поднялась из-за инструмента, изящно поклонилась, и толпа восторженно взревела, скандируя её имя. Это был абсолютный триумф для обеих девушек.
Растроганная и оглушенная эмоциями, Светлана решила пройти за кулисы, чтобы поздравить дочь. Пробираясь по темному коридору, она отыскала дверь с табличкой «Гримерная». Намереваясь толкнуть её, Светлана заметила, что дверь приоткрыта. Она заглянула внутрь — и обомлела.
Посреди комнаты на кожаном диване восседала статная хозяйка клуба. А на её коленях, обхватив руками за шею, сидела Алиса. Женщина властно удерживала восемнадцатилетнюю пианистку за затылок, глубоко и жадно целуя её в губы. Светлана замерла на месте, не в силах пошевелиться. В один миг она поняла всё: её примерная дочь-отличница уже давно переросла домашний уют и вела свою собственную, скрытую от чужих глаз взрослую игру. И Светлана приняла решение не вмешиваться, а просто наблюдать.
Алиса медленно отстранилась от губ хозяйки, соскользнула с её колен и опустилась прямо на пол перед диваном. Владелица клуба, снисходительно улыбаясь, плавным движением избавилась от своего кружевного белья и широко раздвинула колени, откидываясь на спинку дивана. Алиса послушно припала лицом к её нежной коже между бедер.
Она действовала уверенно и неторопливо, лаская языком самые чувствительные зоны женщины. Хозяйка клуба судорожно выдохнула, запуская пальцы в волосы Алисы и направляя её движения. Каждое прикосновение Алисы заставляло взрослую женщину выгибаться в спине и сладострастно стонать на всю гримерку. Алиса ласкала её губами и языком, проникая глубже, заставляя влагу блестеть на коже под тусклым светом ламп.
— Как насчет особого концерта для нашей уважаемой публики? — с трудом переводя дыхание, прошептала хозяйка клуба, слегка оттягивая Алису за волосы вверх. — Только ты, я и сцена?
Алиса на секунду оторвалась от её бедер, тяжело дыша и слизывая капли с губ:
— Только если ты всё это время будешь рядом со мной...
— Обещаю. Но на том концерте ты будешь абсолютно обнажена. Как и твоя музыка, — хищно улыбнулась женщина.
— Извращенка... — тихо выдохнула Алиса с той же интонацией, с какой сама Светлана когда-то говорила это Кристине, и снова опустилась лицом между её ног, возобновляя исступленные ласки.
Светлана тихо, глубоко вздохнула. Потрясенная этим зеркальным открытием, она бесшумно отступила от двери и пошла обратно
Сто второй