В шумных проходах торгового центра Джейн, мать двоих детей, пробиралась с решительным видом. Её карие глаза, обрамлённые длинными ресницами, цепко скользили по витринам, выискивая идеальную одежду для своего сына Билли. Хоть ему уже и есть 18 лет, но мама все еще сама подбирает ему одежду. Билли, долговязый, с копной каштановых волос, вечно падающих на лоб, плёлся за ней с энтузиазмом черепахи. Флуоресцентные лампы отбрасывали холодный свет на его веснушчатое лицо, подчёркивая угрюмые складки на лбу и лёгкую щетину.
— Давай, Билли, шевелись, — бросила Джейн через плечо, её голос был смесью раздражения и наигранной бодрости, пока она поправляла тёмные локоны, выбившиеся из низкого пучка. — Надо купить тебе шмотки до начала школы!
Билли тяжело вздохнул, его худые плечи поникли. — Мам, обязательно сегодня? Может, отложим? — пробормотал он, теребя край своей потрёпанной футболки.
— Мы и так тянули до последнего, — отрезала она, швыряя в тележку стопку клетчатых рубашек и джинсы. — Тебе нужна одежда, а мне — разрядка через шопинг. Плюс, скидки просто огонь!
Подходя к примерочным, Джейн заметила стойку с модной женской одеждой. Её взгляд зацепился за ярко-розовый бикини, чьи тонкие завязки обещали едва прикрывать тело. В груди затрепетало предвкушение — давно она не выбиралась на пляж, чтобы ловить жадные взгляды. С озорной улыбкой, обнажающей ровные белые зубы, она добавила бикини к горе одежды в руках.
— Мам, — протянул Билли, его голос дрогнул, — ты же не серьёзно берёшь это?
Джейн рассмеялась, её глаза сверкнули лукавством. — Ох, милый, это просто для кайфа. Пошли примерять.
Билли направился к мужской примерочной, но мать окликнула его:
— Мы можем делить одну кабинку, — сказала она, указывая на женскую зону, её тон был таким будничным, будто это была обычная просьба.
Билли побледнел, его веснушки стали ещё заметнее на фоне покрасневших щёк. — Не думаешь, что я уже слишком взрослый для этого? — его голос сорвался, выдавая неловкость.
— Ты же торопишься? Так будет в два раза быстрее, — парировала она, поправляя ремень сумки на плече.
Не найдя, как возразить, Билли понуро поплёлся за ней, чувствуя, как его кроссовки шаркают по блестящему полу. Они прошли через тяжёлый бархатный занавес в прохладную, тускло освещённую зону женских примерочных. Зеркала на стенах отражали резкий свет, создавая ощущение, будто они под микроскопом. Джейн выбрала кабинку в углу, бросив одежду на низкий стул, и начала разбирать покупки.
— Ты что, будешь переодеваться при мне? — голос Билли дрожал от смеси ужаса и невольного любопытства, пока он теребил край своей футболки.
— Конечно, дорогой, — ответила она с лёгкой насмешкой, её пальцы с аккуратным маникюром уже расстёгивали пуговицы блузки. — Мне нужно твоё экспертное мнение, сынок. А ты давай раздевайся и примеряй свои шмотки.
— Прямо тут, при тебе? — его брови взлетели, а щёки запылали.
— Хватит дурить, милый, — отмахнулась Джейн, её тёмные волосы качнулись, когда она повернулась к зеркалу, сбрасывая блузку.
Билли почувствовал, как кровь прилила к лицу, и отвернулся, неловко расстёгивая пуговицы своей рубашки. Он пытался сосредоточиться на гудении кондиционера и приглушённом гомоне покупателей за занавеской, но взгляд то и дело цеплялся за отражение в зеркале. Мать стянула блузку, обнажив чёрный кружевной лифчик, который едва сдерживал её пышную грудь, слегка колыхавшуюся при движении. Она натянула обтягивающую майку, ткань плотно облепила её изгибы, подчёркивая округлую попку и тонкую талию. У Билли в животе что-то перевернулось, а сердце застучало быстрее.
— Как тебе? — спросила она, крутанувшись перед зеркалом, её формы соблазнительно колыхнулись, а ткань натянулась, выделяя каждый изгиб.
Вечер для двоих