Павла из воспоминаний. Он поднял глаза. Её тело изогнулось дугой, пальцы впились в собственную грудь. Это было слишком. Павел встал, оставив стул позади. Он подошёл к кровати. Нюра, не отрываясь от своего дела, даже не подняла головы. Павел схватил её за худые плечи, грубо развернул и толкнул вперёд, на живот. Женщина пискнула и замычала, но не пыталась сопротивляться. Он толкнул её голову в подушку, и не давая ей опомниться, он одним резким, жёстким толчком вошёл в неё сзади.
Нюра вскрикнула в подушку. Её киска была влажной и горячей, но не такой упругой, как у Оли. Павел начал двигаться, мощно и глубоко, вгоняя её лицо в матрас с каждым толчком. Он смотрел на спину Нюры, на её лунный свет, на её живот, и думал только об одном — что он хозяин здесь. Хозяин своей жены, этой комнаты, этой ночи. Он чувствовал, как нарастает давление в основании члена, как напрягаются мышцы спины. Решительные. Только решительные. С последним, глубоким рывок он врезался в Нюру и кончил, заливая её влагалище горячей, густой спермой. Он замер на мгновение, тяжело дыша, а потом медленно выдернулся. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь шумным дыханием троих людей, нашедших своё место в этом хаосе.
Властелин колец: Эовин