прикрывая глаза от воды. — Я смотрела на вас и думала: «Вот это да». Он не спешил, не суетился, просто брал своё, чувствовал тебя, как будто знал твоё тело лучше, чем ты сама. Я даже завидовать начала. А когда он переключился на меня, я вообще чуть не потеряла сознание — у него руки, его ритм, его голос, когда он шепчет... Это было нечто. Он знает, что делает, этот твой писатель.
— Я тоже чуть с ума не сошла, — призналась я, закрывая глаза и чувствуя, как вода стекает по моему лицу. — У меня никогда так не было. Он такой... уверенный. Такой взрослый. Я чувствовала себя в безопасности рядом с ним.
— А ты думала, он сможет? — спросила Яна, открывая глаза и глядя на меня с любопытством.
— Я надеялась, — ответила я, и мы обе засмеялись.
Мы обнялись под душем, мокрые, голые, счастливые, и я чувствовала, как её тело прижимается к моему, как её руки обвивают мою талию, как она улыбается мне в плечо.
— Я хочу, чтобы это повторилось, — сказала я.
— Повторится, — ответила Яна, и в её голосе была уверенность. — Я прослежу.
Мы вышли из душа, вытерлись, надели свои лёгкие халаты. Проходя мимо его комнаты, я заглянула внутрь. Он лежал на кровати, раскинув руки, и тихо посапывал. В мягком свете ночника я видела его лицо — спокойное, расслабленное, такое мужское. Я смотрела на него и чувствовала, как внутри меня разливается тепло. Я улыбнулась и прикрыла дверь.
Мы легли спать в моей комнате. Я долго не могла уснуть, глядя в потолок. В голове крутились воспоминания — как он входил в меня, как он смотрел на меня, как он шептал моё имя, как его голос звучал в темноте. Я чувствовала, что внутри меня что-то изменилось. Что-то проснулось. Что-то, что заставит меня по-новому смотреть на свою жизнь. Я повернулась к Яне. Она уже спала, тихо дыша во сне, её волосы разметались по подушке...
Юрий:
Я писатель. Поэтому я и написал эту историю. Просто чтобы она осталась со мной. Теперь я перечитываю страницы и снова слышу их голоса, чувствую их тепло, их дыхание. Это было безумное лето. Надеюсь, мой друг — отец Насти — никогда не прочитает эту книгу. Он не любит такие истории. А если Настя и Яна когда-нибудь прочитают эти строки, я хочу, чтобы они знали: я помню всё. И я благодарен им...
Несколько дней Вадима Петровича (глава восьмая)