бы все ему высказала, а он бы обязательно раскаялся.
– К черту. – Она пошла в душ в надежде что прохладная вода освежит не только тело, но и смоет из памяти события прошлой ночи.
Через 20 минут она снова сидела на кухне, размешивая чай в чашке. На улице было светло, и в любой другой день, суета птиц и теплый весенний воздух наверняка взбодрили бы ее, но нее сегодня. Душ ожидаемо не помог. Дарья, уставившись в одну точку, вспоминала как ее отец грубо и глубоко трахал Настю. Как она сама дрочила киску глядя на это из темноты коридора. И что на нее такое нашло.
– Дашка, утречка тебе! – В кухню влетела Настя, утро у которой было явно добрее. – Ого, чаек! Я в душ, а потом к тебе присоединюсь.
Дарья посмотрела вслед подруги, унесшейся в коридор. Ага, присоединишься ты, шла-бы лучше, шалава. Она отпила глоток горьковатого чая и добавила еще пол-ложки сахара.
Вскоре, рядом уже вовсю суетилась Настя, делая бутерброды и о чем-то оживленно рассказывая. Настроение у нее было отличным. Наконец, девушка присела за стол, налила себе чаю и посмотрела на подругу.
– Так, Дашуль, а ты чего такая кислая? Кто тебе настроение испортил? С папой все нормально, успела попрощаться, а то я встала, а его уже и нет вроде. – Она посмотрела на нее с улыбкой.
– Да нормально, мои тараканы. – Дарья повернулась в окно давая понять что разговор не стоит продолжать.
– Ну уж нет, ты посмотри какое утро шикарное, погода, солнце и вообще... Чего ты, грустишь, я тебе запрещаю! Что для тебя сделать, чтоб ты повеселела? – Настя сложила руки на столе и уставилась на подругу выжидательным взглядом, не терпящим пустых отговорок.
Даша повернулась и посмотрела подруге в глаза.
– Что сделать? Вернись назад во времени и не ебись с моим отцом, как шлюха. – Она говорила медленно и выразительно чеканя каждое слово, так, будто оглашала приговор.
Улыбка сползла с лица Насти, глаза забегали. Она сразу осунулась, опустив голову. В кухне повисла гробовая тишина. Казалось, даже птицы затихли за окном.
– Так ты видела?... Д-даша... Прости меня. Я правда не знаю, как так получилось. – Она подняла глаза.
– Я не шлюха, правда, я не просто так на него запрыгнула и не вчера это захотела. Мне твой папа давно нравится, как я его в первый раз увидела, вот с того времени. Даш, ну пожалуйста. – Она в отчаянье смотрела на подругу. – Мне правда жаль, что так вышло, прости пожалуйста, прости – слышишь. – В ее голосе все отчетливей проступали слезы.
Дарья посмотрела на нее и внезапно почувствовала жалость к девушке. Она и сама вчера не устояла, поддалась страсти. Наверное, не стоит за такое осуждать.
– Ну все, ну все, перестань, я не обижаюсь и тоже перегибаю. Я понимаю тебя и постараюсь смириться. Она положила свою ладонь поверх ее рук.
Настя всхлипнула, улыбнулась сквозь слезы.
– Правда? Спасибо Даш, спасибо тебе. – Она встала со своего места, подошла к девушке встала на колени и обняла ее за талию, положив голову на ее бедра.
– Я не знаю, что на меня нашло. Просто перевозбудилась, твой папа такой красивый и такой... не знаю, как сказать, есть в нем что-то от самца. Я просто смотрю на него и возбуждаюсь и ничего поделать не могу. Она говорила быстро и сбивчиво, часть слов было не разобрать, когда она снова и снова утыкалась в колени и бедра подруги.
Дарья была смущена откровением подруги. Мысли об отце снова пролетали в голове, а
Отдых на острове (Продолжение 2)