всеми фужером, мы дружно поздравили Светку с ее днем, началась тусовка. Я не помню, как это было, но через пару часиков, у меня горела голова от вина, а половина стола была опустошена. Мне постоянно названивал муж, но я так была занята беседой с этими молодыми красавчиками, что даже позабыла о его существовании. Они постоянно наливали мне еще и еще, я уже было подумала, что они пытаются меня напоить, хотя вели себя весьма добродушно.
– Ну что, на брудершафт? – предложил один из них, с красивыми голубыми глазами, светящимися от огней клуба.
– Почему бы и нет... – я игриво улыбнулась ему, на дне моего бокала была какая-то белая вязкая жижа, я не понимала, что это, может, вино попалось паленое, но да ладно.
Как учила меня Светка, пофлиртовать с парнями – дело не хитрое. Я мило беседовала с каждым, строила им глазки, специально ножка на ножку, платье еще короткое, меня даже заводило это немного, что они смотрят на меня, пытаются охмурить, а я вся такая недотрога. Правда вот, крайний бокал, видимо, был совсем лишним. Я почувствовала, как все тело начинает гореть, кости ломит, в голове каша и бардак, а перед глазами пелена...
– Я... Ой... Что-то мне... нехорошо... – я пыталась встать со стула, чувствуя, что меня бросает в разные стороны.
– Эй, тише... тише... давай помогу... – один из них вскочил и подхватил меня за локоть, второй тоже быстро среагировал, взяв меня за талию сзади.
Я почувствовала, как этот парень трется об меня, остальные тоже вскочили. Мы вшестером куда-то идем, это все, что я помню... а, еще, я помню смех, такой прям, злорадный, что стало не по себе. Я прикрыла глаза, вроде, на минутку, но очнулась уже далеко не в зале клуба...
– Эй, алло, хватит спать, сучка! – я почувствовала, как надо мной свисает огромное мускулистое тело, которое яростно хлестает меня по щекам своими ручищами, – подохла, что ли? Ха-ха-ха, слышь, ты нам еще нужна... горяченькая... –этот мерзкий голос и смех, я, вроде бы, узнала его, но...
Я открыла свои глаза, передо мной стояли те самые пятеро парней, знакомых Светки. Их торсы были оголены, а руки постоянно натирали члены. Они жадно пялились на меня, я поняла, что мои руки связаны. Меня скрутили и закинули на кровать, мы находились, по всей видимости, где-то в подвале, потому что все еще отдалено слышалась клубная музыка, где-то наверху.
– О, бля, проснулась, неужели... работать пора, не видишь? – один из них вывалил свой болт перед моим лицом.
Его толстый огромный член свисал вниз, постепенно увеличиваясь в размере. Упругий, с венками на коже, а головка распухшая, словно, так и жаждет куда-то забраться. Я с диким ужасом смотрела на их похотливые глаза, они были готовы разобрать меня по кругу. Я ничего не могла сделать, мое тело было связанное, до сих ощущалась некая слабость в мышцах. Голова кружилась, словно, я в каком-то пространстве.
– Шлюха, чего разлеглась, давай, живо, за дело, блять! – один из толпы резко подтащил меня к себе за руку, схватился за мой подбородок, и, вытянув перед моим личиком свой упругий болт, начал хлестать головкой по моим щекам.
Я чувствовала, как его горячая плоть касается моего лица, с каким диким лицом он творит все это, наслаждается моим страхом в глазах, постоянным дерганьем тела от каждого прикосновения. Он вставил свой большой палец мне в рот, начал раскрывать челюсть как можно шире, прямо под свой член. Затем, резко вставил в мою глотку свою волынку, чуть ли, не
Сибирь (часть 2)