Наташка улыбнулась одними губами. — Но раньше, когда она приезжала на сборы, все парни по ней с ума сходили. Но она так ни с кем и не замутила.
— Почему?
— Потому что она фигуристка. Ей уже девятнадцать, выступает на взрослом уровне.
Она немного помолчала.
— Никто не выдерживает её график. Она встаёт в пять утра, до восьми на льду, потом в зал, потом снова лёд, потом сборы, соревнования. Она живёт этим. У неё в голове только лёд, тренировки, разъезды. Когда ты видишь её на катке — это не хобби, это её жизнь. — Наташка пожала плечами. — Парням это тяжело. Они хотят, чтобы девушка была рядом, а она по полгода в разъездах. Так что никто не выдерживает. Да она и не ищет, честно говоря.
Сашка почувствовал, как внутри что-то шевельнулось. Он не знал, почему это зацепило его. Может быть, потому что она была красивой, а может, потому что эта закрытость, эта неприступность, эта полная посвящённость чему-то одному казались ему чем-то притягательным. Он понимал, что звучит глупо, но он хотел хотя бы просто посмотреть на неё ещё раз.
— А что, — осторожно начал он, — если я захочу... ну, просто увидеть её? На катке?
Наташка посмотрела на него внимательно. Она не улыбалась, но и не хмурилась. Просто смотрела, будто оценивая его.
— Ты серьёзно? Она тебе так понравилась?
— Я видел её пару раз, — признался Сашка. — Она красивая. И она... ну, не знаю. Зацепила. Я пытался найти её в соцсетях, но профиль закрыт.
Наташка задумалась на пару секунд. Потом вдруг улыбнулась.
— А как же Шарай?
— Блин, Наташ, ну что вы всё время нас жените? Мы правда друзья. И у неё... парень есть.
Наташка даже как-то засветилась после его слов.
— Тогда ладно, - сказала она. — В следующие выходные, через неделю, у неё должна быть открытая тренировка в ледовом. Мы можем сходить. И ты сможешь с ней пообщаться. Сам убедишься, что она такая, как я говорю. Только уточню день сначала.
Сашка почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он не ожидал, что она так просто согласится. Наташка сидела рядом, смотрела на него, и в её глазах не было ни ревности, ни обиды. Было что-то другое — спокойствие, может быть, даже лёгкая забава.
— Ты уверена? — переспросил он. – Мне не хочется ставить тебя в неловкое положение.
— Всё в порядке, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, - ответила она. - Я напишу ей, у неё должно быть окно на пару часов. Посидим там в кафешке.
Сашка кивнул.
Она встала, забрала альбом и положила его обратно на полку.
— Чай бери, - сказала она, обернувшись. - Я сейчас печенье принесу.
Сашка пил чай, ел печенье, слушал вполуха Наташку, которая рассказывала какие-то истории, потому что в голове всё ещё крутилась Кристина. Он пытался представить её на льду, в движении, с той улыбкой, что была на фотографии. И от этого внутри становилось тепло и одновременно тревожно, будто он собирался сделать что-то, чего раньше никогда не делал.
Он ушёл от Наташки около шести. Она проводила его до двери и чмокнула в щёку.
— Спасибо за геометрию, а то уже думала придётся репетитора нанимать.
Сашка улыбнулся, ещё раз скользнул взглядом по её ногам и пошёл вниз по лестнице.
Маринке же в воскресенье не повезло. Мать опять капнула на мозги и ей снова пришлось тащиться к Славику.
Славик встретил её в дверях с довольной улыбкой, будто заранее знал, что она придёт. Маринка скинула кроссовки и прошла в комнату, не глядя на него. Он попытался обнять
Мой сын, мой любовник