кем не трахаюсь. Чисто технически я всё ещё девственница. В-третьих, я сосу не у всех без разбора. Только у тебя, у Антоши, у Сергея Павловича, у Семёна и у Лёхи. Я сама выбрала себе тех мужчин, которые мне нравятся.
У меня просто не было слов... Я и не знал, что сказать. Стало очень противно. Мои ежедневные утренние сексуальные победы в этом кабинете аннулировались. Хотелось закатить скандал, но оснований для этого у меня не было. Она была права. Права во всём. Я собирался уже уйти из кабинета, но тут Соня подошла ко мне.
— Ну что ты? Расстроился? Ты хотел быть моим единственным? Я-то ведь у тебя не единственная. А сколько баб у тебя было в жизни...? А у меня мужиков всего пять... Ты у меня был первым. Ты мне очень сильно помог. Ты меня практически спас. Я всю жизнь считала себя уродиной. Думала, что не смогу никогда понравиться мужчине. Боялась даже намекнуть на секс. А ты меня расколдовал. Теперь я знаю, как вести себя с мужиками. Не боюсь их ни капли и не стесняюсь. — Тут она неожиданно присела, расстёгнула мою ширинку, вытащила член, который очень быстро начал твердеть в её ладошке. — А ты знаешь, что у вас у всех всё по-разному? У Лёхи длиннее вот на столько, — она показала пальчиками, к счастью, немного, но, увидев мой недовольный взгляд, быстро продолжила. — У остальных короче. Сильно короче... А Антоха почти сразу кончает. Мне приходится делать всё очень аккуратно и медленно. А Сергей Павлович, наоборот, кончить не может. Мне приходится очень сильно стараться, один раз вообще не получилось. Семён меня всегда за голову хватает и сильно толкает. А...
Я не дал ей договорить, сам схватил свой член и запихнул ей в рот.
В этот момент в дверь постучался, а потом Сергей Павлович заглянул внутрь.
— Две минуты, пожалуйста, мы сейчас тут закончим, — ничуть не смущаясь, крикнула ему Соня.
— Конечно, конечно. Я всё понимаю...
Сергей Павлович закрыл дверь, а Соня начала мне объяснять.
— Ты сам виноват. Сам без очереди пришёл. Всю последовательность нарушил. Больше так не де...
Закончить я ей не дал, пришлось заткнуть ей рот своим членом.
Одна рождественская ночь