Мышцы живота уже дрожали. Хотелось раздвинуть ноги шире, хотелось двигать бёдрами навстречу его руке, хотелось стонать. Вместо этого я только сильнее вцепилась в ладонь Ники и пыталась дышать ровно.
Сомнения кололи остро: «Это неправильно. Она сидит рядом. Он твой друг. Я всё ещё парень...» Но тело уже не слушало. Оно хотело этих пальцев. Хотело, чтобы он ускорился. Хотело кончить прямо здесь, в темноте, пока никто не видит.
Макс будто почувствовал. Он ускорил движения - пальцы стали входить глубже и быстрее, большой палец заработал жёстче. Влажные звуки почти тонули в музыке фильма, но я их слышала слишком отчётливо. Ноги начали мелко дрожать. Я прижала бёдра сильнее к сиденью, пытаясь сдержать волну, но это только усилило ощущения.
Оргазм накрыл резко и глубоко. Внутренние мышцы сжались вокруг его пальцев сильными, ритмичными пульсациями. Я тихо, почти беззвучно выдохнула через нос, запрокинув голову на спинку кресла. Глаза на секунду закрылись. Всё тело напряглось и потом медленно, сладко обмякло. Макс не убрал руку сразу. Он продолжал медленно двигать пальцами, растягивая волны, пока я не начала слегка подрагивать от сверхчувствительности.
Только тогда он осторожно вытащил пальцы, поправил мне бельё и опустил платье. Его ладонь ещё несколько секунд лежала у меня на бедре, будто успокаивая, а потом исчезла.
Я сидела неподвижно, тяжело дыша через приоткрытый рот. Между ног было мокро насквозь, бельё полностью пропиталось, капля медленно стекала ниже. Ника всё ещё держала меня за руку и даже не подозревала, что я только что кончила от пальцев его лучшего друга в полуметре от неё.
На экране герои наконец добрались до финала. Я смотрела на них невидящими глазами и пыталась понять, что теперь делать с этим жгучим, стыдным послевкусием, которое разъедало меня изнутри сильнее, чем любой оргазм.
Фильм закончился слишком рано и слишком поздно одновременно.
Зажёгся свет. Люди начали подниматься, собирать сумки, шуршать упаковками от попкорна. Я всё ещё сидела, не двигаясь. Бельё было полностью мокрым, платье слегка прилипло к задней стороне бёдер. Когда я наконец выпрямилась, между ног неприятно и сладко потянуло.
Ника отпустила мою руку и потянулась.
— Ну как? - спросила она сквозь зевок. - Мне даже понравилось на удивление.
— Нормально, - ответила я. Голос прозвучал чуть хрипло.
Макс уже встал. Он не смотрел на меня напрямую, но я чувствовала, как он краем глаза следит за каждым моим движением, когда я осторожно поднималась с кресла, стараясь, чтобы платье не задралось слишком сильно. Мы вышли втроём. В фойе было ярко и шумно после темноты зала. Я шла между ними и чувствовала себя странно обнажённой, будто все вокруг могут увидеть, что только что произошло.
В машине я снова села назад, рядом с Никой. Макс завёл двигатель молча. Первые несколько минут никто не говорил. Только шины шуршали по ночному асфальту.
— Завтра тебе снова в больницу? - вдруг спросила Ника, глядя в окно.
— Послезавтра, - тихо поправила я.
Макс чуть заметно кивнул, глядя в зеркало заднего вида. Наш взгляд на секунду встретился. В его глазах было что-то тёмное, довольное и одновременно осторожное. Я первая отвернулась.
Дома Ника сразу пошла на кухню ставить чай. Макс проводил нас до двери и остановился на пороге.
— Ну... спокойной ночи, - сказал он, глядя больше на меня, чем на Нику.
— Спокойной ночи, - ответила Ника.
Я только кивнула, не доверяя голосу. Когда дверь закрылась, я прислонилась к ней спиной и закрыла глаза. Между ног всё ещё было мокро. Каждый шаг отдавался тянущим эхом только что пережитого оргазма.
Ника вернулась с двумя кружками.
— Ты сегодня тихая, - заметила она, протягивая мне чай. -
История одного секса