она раздвинула ноги, они растянулись, как сетка, под ее обнаженным лоном.
— Поторопись и вложи его обратно в меня, - сказала она, откидывая волосы за плечо и оглядываясь на меня. В ее глазах плясали озорство и нетерпеливое ожидание того, что должно было произойти.
Я приложил ладони к каждой ягодице, к каждой идеальной выпуклости плоти, которая раздвинулась и обнажила сочащийся холмик с припухшими губками прямо между ними, и мой член, словно лозоходческий жезл, был направлен прямо вперед, наравне со своей целью. Я подался вперед и почувствовал, как ее губки обхватили мой шлем. Прежде чем я успел насладиться этим ощущением, Дэни отодвинулась назад одним медленным, обдуманным толчком, остановившись только тогда, когда ее киска поглотила весь мой член, а ее задница плотно прижалась к моим коленям.
— Ух, черт. Как же в тебе хорошо, - сказал я, обхватив ее бедра и толкаясь в них.
— Просто трахни меня! - закричала она, снова вжимаясь в меня своей задницей, и плоть шлепала при каждом толчке. - Сильнее, Ричи. Трахай меня сильнее, черт возьми!
И я это сделал. Звуки нашего тяжелого дыхания и соприкосновения тел заполнили пространство, словно самые развратные и одинокие аплодисменты. Я двигал бедрами навстречу ей, снова и снова, наблюдая за ней, а она наблюдала за мной краем глаза. Она всхлипывала, потом дрожала, а затем прижималась ко мне мышцами таза, сжимая меня все крепче и крепче, по мере того как я погружался все глубже и глубже.
Наши мышцы болели, а тела были переполнены адреналином и вожделением. Руки Дэни разжались, и она упала вперед, ухватившись за подушку, но удержала свой зад приподнятым и доступным для моего нападения. Я наблюдал, как она прикусила ткань подушки и издала в нее приглушенный крик удовольствия. Я не мог ее винить. Все это было так невероятно волнующе.
— Боже, ты так глубоко. О, черт! Пожалуйста, продолжай трахать меня. Пожалуйста. Ах! - взмолилась она, чувствуя, как пот стекает у нее по спине.
Я стиснул зубы и продолжал, чувствуя себя гребаным чемпионом, пробежавшим марафон. Черт возьми, я чувствовал себя королем.
— Дэни, это... черт, у тебя такая тугая киска.
— Ммм, твоя киска, Ричи. Она вся твоя, старший брат.
Что-то внутри меня сделало это. Я не знаю, было ли это из-за "старшего брата", или из-за того, что она сказала "киска", или даже из-за того, что теперь она была моей, или даже из-за того, что я увидел, как она прижимается ко мне своей попкой, заставляя мой член входить и выходить из нее, что заставило меня почувствовать тепло в моих чреслах.
— О, Дэни, я собираюсь кончить, - сказал я.
— Да! Сделай это! Кончи на мою задницу, Ричи! Я хочу это увидеть!
Она сжала сильнее, доя мой член, пока я двигал им.
ТРАХ-ТРАХ-ТРАХ!
— Дэни. Он приблизился. Я..... Кончаю!
Я едва успел выйти, как из моего члена вырвалась струя спермы и забрызгала обнаженную спину Дэни. Она взвизгнула от восторга и приподнялась как раз в тот момент, когда за ней последовала еще одна, потом еще и еще, и все это с моим кулаком, двигающим мой член, пока волны почти ослепляющего удовольствия проходили через меня.
Тяжело дыша, измученный и опустошенный, я позволил своему бедному и измученному члену отдохнуть между сладких впадинок ее ягодиц, пока мои глаза путешествовали по ее телу. Струйки спермы были разбрызганы по ее спине и заднице, а на пояснице собралась небольшая лужица.
— Черт возьми, братан, ты был сдержан! - Дэни рассмеялась, потянувшись назад и смахнув жемчужную жидкость со своей ягодицы. - Я чувствую себя здесь как на картине Джексона Поллока.
Гостиница