и никогда не буду оглядываться назад. Я могу это сделать. Я не собираюсь расстраиваться при следующей встрече с ним. Но, Джим, мы уже проходили это раньше. Я потратила весь этот год, пытаясь убедить тебя, что не хочу его, но он все еще был в твоей голове, создавая проблемы. Если ты хочешь, чтобы наши отношения были моногамными, как раньше, тебе нужно пойти мне навстречу. Потому что я пытаюсь делать всю эту работу.
— Ты сама все испортила...
— Да, это сделала я. И это отстой, что тебе вообще приходится что-то делать, но так устроены отношения. Они никогда не бывают односторонними. Лично я считаю, что лучший способ продвинуться вперед - это перестать пытаться исправить наш старый брак. Я думаю, что этот корабль уплыл, и да, я та, кто вывел его в открытое море. Но это не совсем так. Я облажалась, ущерб нанесен. Так что тебе нужно решить, хочешь ли ты вообще иметь со мной что-то общее. И если да, то нам нужно найти способ двигаться дальше.
— Хорошо, каков твой план? Мы собираемся начать заниматься сексом втроем? Ты будешь трахаться с Куртом, когда захочешь, а я, что, буду спать с кем-нибудь другим?
— Я не знаю точной формулы. Я просто не представляю, как мы сможем воссоздать наш старый брак. Так что, если вместо этого мы просто постараемся сделать друг друга как можно более счастливыми? Мы прислушиваемся к желаниям и нуждам друг друга, а затем даем друг другу пространство и средства для реализации этих желаний. Может быть, это глупо. Может быть, я наивна. Я просто не представляю, как мы можем загнать джинна обратно в бутылку.
— Я правильно понимаю - джинн в этой твоей аналогии - член Курта?
Я не удержалась и фыркнула.
— Вообще-то я думала о заднице Джессики. Ты видел эту штуку? Обалдеть можно.
Он не засмеялся, но напряжение спало. Он сидел и пытался переварить услышанное.
— Это просто хуйня какая-то, — наконец сказал он.
— Да? Можно я тебе кое-что скажу? Когда я увидела, как она тебя соблазняет, меня так накрыло, что я кончила буквально через три секунды после того, как вы поднялись наверх.
— Ты ебанутая шлюха, - сказал Джим без злобы.
Я улыбнулась:
— Скорее, похотливая...
Я положила руку ему на бедро.
— Мне жаль... Обо всём. Я люблю тебя, Джим. Больше чем что либо. Прости, что постоянно все порчу. Но я люблю тебя.
Он кивнул. Из его закрытых глаз выкатилось несколько слезинок, и я вытерла их. Я погладила его по лицу и взъерошила волосы.
— Мы справимся, Джим. И я думаю, что когда мы это сделаем, то станем сильнее, чем когда-либо.
— Но ты хочешь продолжать спать с Куртом?
— На самом деле я не могу перестать думать о Джессике. О её сиськах, Джим! Ты видел её грёбаные сиськи! Думаю, нам стоит попробовать ещё раз. Только на этот раз втроём, как ты всегда хотел.
— Я упоминал об этом однажды, десять лет назад.
— М-м-м... и с тех пор я только об этом и думаю. Что скажешь? Я ей позвоню... Узнаю, чем она занимается в эти выходные?
— А что там было про то, как вы вдвоём сосали мой член?
Я улыбнулась. Сдвинула его колени вместе и оседлала его. Обняла его за плечи.
— Давай я тебе кое-что нарисую.
Я начала водить ногтем по его груди, время от времени щекоча его пресс, как ему нравится.
— Ты лежишь на этой кровати совершенно голый. Твой прекрасный член стоит по стойке смирно, как я люблю. Я слева от тебя. Джессика справа, ее грудь величественно колышется
Новогодняя мама