это воспринималось как принуждение! Я готов подставлять задницу, но когда сам этого хочу, а не когда тело меня заставляет!
Стоило мне зайти в воду, как Бичи начали кружить у самых ног, и появилось странное чувство спокойствия и уверенности. Словно два сторожевых пса готовых защитить меня от любой опасности… Что происходит? Они и раньше казались мне живыми существами, чем-то вроде щупалец, но теперь… О-о-о! Как же приятно! Черные полосы обвивали тело, скользили по ногам и бёдрам, и прикосновение влажных, упругих лиан… М-м-м… Это… Это так… Они стянули плечи и грудь, опоясали талию, опускаясь к бёдрам, обвивая ягодицы и… Блять!!! Рукоять одного из Бичей вошла в моё влагалище, а вторая заполнила анус. Острая игла наслаждения пронзила тело, и… всё стихло! Никакого вожделения, томления и прочих лишних эмоций. Я посмотрел на отражение в воде, усилием воли поднимая его как зеркало. Чёрные полосы пересекали белоснежное тело, словно разрезая его на части. Они не прикрывали самые постыдные места, скорее, напротив. Отвисшие груди оказались выделены треугольным пересечением, а пунцовые половые губы плотно облегали рукоять, проникшую в глубину. Моё тело казалось ещё более чужеродным, отталкивающим и… возбуждающим? Окажись передо мной такая женщина… такое существо… Почему это кажется мне возбуждающим? Как и голый череп Василисы? Причём, сейчас я не испытываю безумного желания, как недавно. Стремление...
— Мне кажется, это не было сексуальным желанием… - рядом со мной на камне сидела Ирида… То есть, моё подсознание… - Желание слиться, соединиться. Наверное, это подсознательное влечение Архонтов вновь стать единым целым.
— У них тоже есть подсознательное?
— Не придирайся к словам. Не тебе объяснять, насколько наш язык несовершенен. Прекрасно выглядишь!
— Комплименты от самого себя? Это высшая форма онанизма! – я склонился, набрав в ладонь тягучую жидкость, которая покачивалась крупной каплей, всё так же не смачивая кожу… или, чем там покрытое моё нынешнее тело…
— Её сексуальность была не просто подавлена, а именно уничтожена ею самой, - не было необходимости спрашивать, о ком она говорит. - Как истово верующей монашкой, убеждённой в собственной греховности
— Почему я решил, что она лесбиянка?
— Если ей настолько неинтересны мужчины… Сейчас, я думаю, что ошибалась. В сексуальном плане, она вообще никто. Отрицательная величина. Тебе надо пробудить в ней интерес.
— Именно мне? Я думал, Саша лучше справится.
— Разбить скорлупу можешь только ты. Саша поможет ей раскрыться. И начинать ему, действительно лучше девушкой. Неизвестному парню, она точно не доверится.
— А если потом обнаружит у девушки член?
— Ты надеешься, что после стольких лет отречения, она полезет ему под юбку? Даже если и так… Если у неё проснётся желание, она сможет простить твоей подруге маленький недостаток. И тебе, тоже. Если же ты представишь его парнем…
— Исчезнет возможность манёвра, - озвучил я очевидную мысль. - Единственное, что я мог вспомнить помимо бытовых реплик – жалобы на нудную работу, тяжёлую работу, задержки на работе… Почему она не уволилась, не нашла другую?
— Она должна страдать. Она согрешила, и должна страдать.
— Старая добрая христианская концепция…
— Даже ты не смог избавиться от старых концепций. Подсознательно… - Ирида широко улыбнулась. Прекрасная двусмысленность.
— Я могу освободить её от работы… Спасти… Дать что-то другое, интересное… увлекательное… - я лёг спиной на жидкость, и плавал на поверхности, раскинув руки и ноги.
— Роль старшей жены в своём гареме?
— Уж точно – старшей. Ей уже за пятьдесят…
— Она прекрасно выглядит.
— Даже не уговаривай.
— Не собираюсь. Если она сумеет раскрыться, вполне возможно и твоё отношение изменится.
Секс с собственной матерью? Саша занимался этим ещё до моего появления. И
Сотрудницы вкалывают как... Бывшая секретарша