следы от Бичей. Наверное, можно не просто причинять боль? Это было бы слишком легко… - Мальчик, который уже полез за конфетами, не знает преград… Он уже видит их… предвкушает…
Не давать команды! Просто сформировать желание… Усилить его… Немного… Совсем чуть-чуть…
— О-о-о! Что со мной? – со стоном мама прогнула спину. – Как жарко… в животе… Ох, пожалуйста…
— Что случилось, мамочка? Ты хочешь оставить все конфеты себе? – удачная аллегория оказалась. Очень подходящая.
— Да! Я не хочу с тобой делиться своими! Я хочу… получить твою конфету! - я сам ощущал этот жар.
— Мам, у меня всего одна! Ты заберёшь единственную конфету у своего мальчика?
— Та мама, которую ты хочешь, именно так и поступит! – прорычала она, решительно двигая бёдрами. Мне оставалось чуть присесть, чтобы проникновение прошло точно и… не так уж и трудно! Или помощь того неведомого мудака оказалась кстати, или мама действительно смогла настолько расслабиться… Какая же она... сладкая!
— Ты проглотила конфету полностью! – не сдержал я восхищения. – С первого раза! Ты была очень голодной?
— А-а-а… а-а-а… - она тяжело дышала. – Что я наделала! Это… Нет, не смей! Прекрати!!!
Мама начала содрогаться в оргазме, так что мне пришлось обхватить её бёдра, удерживая от падения.
— Моё тело! Что оно делает? Это омерзительно! Меня ебут в жопу как надувную куклу! Почему я кончила? – она начала медленно двигаться, ускоряя темп. – Почему я хочу ещё? Я действительно шлюха! Ты превратил меня в шлюху!
Снова рыдания. Бля-а-а… Убеждать её, что она не шлюха, или что шлюхой быть замечательно?
— Мама, очнись! Это ты трахаешь меня своей задницей! Ты используешь меня как шлюху!
— Да! Мне приходится! Потому что ты всё тот же маленький слюнтяй! – ревела она. - Ты не можешь выебать, даже когда я сама засунула твой жалкий писюнчик!
Слюнтяй! Замечательно! Вцепившись одной рукой в бедро, чтобы не вырвалась, второй я хлестнул по заднице. Мама взвыла, выгибаясь.
— Это за слюнтяя! Это за писюнчик! – ещё удар, по другой ягодице и снова вой, теперь уже в содроганиях очередного оргазма.
— Слюнтяй с писюнчиком!!! – восторженно взвыла мама, и снова два сильных удара.
– О-о-о!!! Кажется, в моей попке кто-то ковыряется! - она расхохоталась. – Слюнтяй своим жалким писюнчиком!
Теперь я сам управлял ритмом и глубиной, и они были безжалостны, как и мои шлепки. И приходилось сдерживаться, чтобы они не превратились в настоящие удары.
— Во-о-от! Вот так надо ебать свою маму! Покажи ей свою силу! Страсть! А-а-а! – злобно рычала она, повалившись грудью на стол… Или, я её туда повалил? – Залей меня! Наполни до краёв!
Так бурно и безумно я точно не кончал. По крайней мере, в физическом теле. Хлюпанье, чавканье, шлёпанье сгустков о пол… Живот бился о распахнутые ягодицы, брызгая вытекающей спермой во все стороны. Член уже не встречал сопротивления, перестал изливаться, но бёдра всё ещё двигались… постепенно сбавляя темп, словно многотонный механизм, теряющий инерцию.
Опираясь рукой о стену, я помог маме сесть на ближайший стул. Надеюсь, у неё не начнутся сожаление и не полезут очередные комплексы? Она подняла на меня блуждающий взгляд.
— Блять, у тебя даже на лице брызги, - усмехнулась мама.
— Возможно, - я не пытался вытереться. Уселся на соседний стул, с наслаждение вытянув ноги. – Не думал, что в тебе спала фурия…
— Фурия? Мне удалось пробудить твой интерес? Я уже не такая старая для тебя?
— Ты же сразу поняла, что я подначивал.
— Я тоже тебя подначивала. Подействовало…
— На тебя тоже. Мы слишком хорошо друг друга знаем.
Подмышка