— Да, — Кира кивнула. — Это Оля. Моя послушная шлюха. Сегодня она ваша. Делайте с ней всё, что хотите. Трахайте её. Учите её. Она должна попробовать всё.
— Госпожа, пожалуйста... — взмолилась Оля.
— На колени, — приказала Кира. — И начинай работать.
Оля опустилась на колени перед кроватью. Мужчины сели на край, свесив ноги. Их члены были прямо перед её лицом. Она чувствовала их запах — мужской, мускусный, с лёгкой ноткой геля для душа. Они только что приняли душ — Кира сказала им вымыться перед встречей. Оля разглядывала их. Первый член — толстый, с крупной тёмно-бордовой головкой и вздутыми венами вдоль ствола. Тяжёлые яйца, покрытые тёмными волосами, свисали вниз. Второй — длиннее, но тоньше, с розовой головкой и изящным изгибом. Оба уже стояли, пульсировали в такт сердцебиению. Оля смотрела на них и не могла поверить, что сейчас возьмёт их в рот. Чужие члены. Незнакомых мужчин.
— Давай, шлюха, — сказал тот, что с толстым членом. Его голос был низким, с хрипотцой. — Познакомься с моим другом. Он скучал по женскому рту.
— Только не кусайся, — добавил второй и усмехнулся.
Оля колебалась. Она обернулась на Киру, ища поддержки или отсрочки.
— Госпожа... — прошептала она. — Я даже мужу редко сосу. Я не знаю, смогу ли...
— Сможешь, — отрезала Кира. Она сидела в кресле в углу спальни, закинув ногу на ногу. В одной руке у неё был бокал вина, в другой — телефон, уже направленный на Олю. — Ты всё сможешь. Я тебя научила. А теперь — рот открыла и работай. Ты — шлюха. А такие шлюхи как ты сосут. И не просто сосут — они наслаждаются. Поняла?
— Да, Госпожа, — прошептала Оля.
Она повернулась обратно к мужчинам. Её сердце колотилось где-то в горле. Она протянула руку и взяла толстый член в ладонь. Он был горячим, твёрдым, кожа — нежной и бархатистой на ощупь. Она провела пальцами по стволу — вверх-вниз, изучая. Мужчина застонал.
— Да... вот так... не бойся...
Оля наклонилась. Она приблизила лицо к головке — та блестела от выступившей смазки. Запах стал сильнее — мускусный, густой, мужской. Она высунула язык и робко коснулась головки. Вкус был солёным, с лёгкой горчинкой. Не противным — скорее, необычным. Она провела языком по уздечке — мужчина вздрогнул.
— Ох, бля... — выдохнул он. — У неё язык огонь...
Оля осмелела. Она обхватила головку губами и взяла её в рот. Сначала — только головку. Она сосала её, как леденец, водя языком по кругу. Мужчина застонал громче, откинулся назад, опираясь на руки. Оля начала заглатывать глубже — сантиметр за сантиметром. Член заполнял её рот, давил на язык, упирался в горло. Она давилась, но не останавливалась.
— Глубже, — приказал мужчина. — Бери глубже.
Оля взяла глубже. Она расслабила горло, как учила её Кира, и член проскользнул дальше — до самого основания. Её нос уткнулся в его лобок. Она не могла дышать. Глаза наполнились слезами. Но она держала.
— Бля-а-а... — простонал мужчина. — Вот это глотка... Кира, ты где такую нашла?
— Это моя старая подруга, — ответила Кира, не отрываясь от телефона. — Замужем. Двое детей. А теперь — моя шлюха.
Оля вытащила член изо рта и перевела дыхание. Слюна тянулась ниточкой от её губ к головке. Она повернулась ко второму мужчине. Тот ждал, поглаживая свой длинный член.
— Теперь ты, — прошептала Оля и взяла его в рот.
Этот был другим. Более длинным, более тонким. Он доставал до самого горла, но не вызывал такого рвотного
Наташка, папашка и дядя Тарас