на неё. — Приведи себя в порядок. Телефон не выключай. Трубку бери. И жди звонка. На выходные я придумаю что-то особенное. Мы поедем за город. На дачу. На все выходные.
— Да, Госпожа, — прошептала Оля.
Она выбралась из машины. Ноги всё ещё дрожали. Она поднялась на свой этаж, открыла дверь ключом. В прихожей горел свет. Это было странно — обычно Андрей выключал его перед сном. Она разулась, повесила куртку и на цыпочках прошла в гостиную.
Андрей не спал. Он сидел в своём любимом кресле. На нём были домашние шорты и растянутая футболка. В руке — телефон. Он листал какие-то новости или соцсети. Когда Оля вошла, он поднял голову.
— О! — сказал он, откладывая телефон. — Вернулась. Я думал, ты раньше будешь.
— Оля старалась говорить ровно, но голос предательски дрожал. — Устала. Пойду в душ.
— Давай, — Андрей кивнул. — Я пока ещё посижу. Спать не хочется. Днём вздремнул.
Оля быстро прошла в ванную, закрыла дверь. Прислонилась к ней спиной. Сердце колотилось. Он не спал. Он видел её. Заметил ли он что-то? Её опухшие губы? Её красные глаза? Запах чужого табака и пота, который въелся в одежду? Кажется, нет. Кажется, он ничего не заметил.
Она включила воду, стянула с себя одежду. Встала под горячий душ. Вода обжигала кожу, смывая остатки ночи — пот, сперму, слюну, запах чужих мужчин. Она тёрлась мочалкой до красноты, но всё равно чувствовала себя грязной. Может быть, она никогда не отмоется.
Она вытерлась, надела свой любимый пеньюар — шёлковый, кремовый, который Андрей подарил ей на прошлую годовщину. Он красиво облегал её фигуру, подчёркивая изгибы. Она посмотрела на себя в зеркало. Светлые волосы, мокрые после душа, прилипли к плечам. Глаза блестели. Губы были припухшими после бесконечных членов. На шее — красный след от пальцев Киры. Она замазала тональным кремом. Может быть, он даже не заметит.
Она вышла из ванной. Андрей всё ещё сидел в кресле, уткнувшись в телефон. Она подошла к нему. Медленно. Её босые ноги ступали по ковру бесшумно. Он поднял голову только когда она встала прямо перед ним.
— Оль? Ты чего?
Она не ответила. Вместо этого она опустилась перед ним на колени. Ковёр был мягким — тем самым, на котором она несколько недель назад лизала Киру, пока Андрей ходил за лимоном. Теперь она стояла на коленях перед мужем. И собиралась сделать то, что делала с десятками других мужчин.
— Оля? — Андрей отложил телефон. — Что ты делаешь?
— Молчи, — сказала она. — И кайфуй.
Она потянулась к его шортам. Резинка легко поддалась. Она спустила шорты вниз, освобождая его член. Он ещё не был твёрдым — висел, мягкий, тёплый, знакомый. Но Оля знала, что делать.
Она взяла его в руку — нежно, но уверенно. Провела пальцами по стволу, чувствуя, как он начинает наливаться кровью. Андрей замер. Его дыхание стало чаще.
— Оля... — прошептал он. — Что с тобой? Ты какая-то... другая.
— Я сказала — молчи, — повторила она, глядя ему в глаза снизу вверх. — Просто получай удовольствие.
Она наклонилась и взяла его в рот. Сначала только головку — обхватила губами, провела языком по уздечке. Андрей застонал, откинувшись на спинку кресла. Его руки вцепились в подлокотники. Оля начала сосать — медленно, глубоко. Она использовала всё, чему научилась за эти месяцы у Киры и у мужчин, которые трахали её в рот. Язык работал по стволу, обводил головку кругами, находил самые чувствительные точки. Её правая рука массировала его яйца — нежно, ритмично. Левая — гладила по бедру.
Вика часть 2