заявили, что готовить я должен в одном фартуке. На мои возражения, что погода слишком холодная для этого, мне было заявлено: «Потом мы тебя отогреем».
Я не стал много спорить и, надев большой кухонный фартук, отправился во двор. Надев шлепанцы, я вышел наружу и пошагал к небольшой каменной печи, совмещавшей в себе коптильню и мангал. Напротив нее вплотную к дому был навес с дровами, а на самой печи под навесом красовались спички и газовая горелка.
Порывы ветра гладили меня по обнаженным ягодицам и голеням, на что кожа реагировала специфическим возбуждением, в то время как член от прохлады, наоборот, «сжался». Рефлекторно растирая кисти одна о другую, я осмотрел топливо и печь. Мне пришлось взять топор, бывший возле дров, и, поставив несколько поленьев в качестве подставки, я нарубил кучку щепок, после чего загрузил их в мангал. Сверху я накидал импровизированный «колодец» и зажег всё с помощью горелки.
Щепки загорелись без всяких проблем, и я, отложив инструмент в сторону и закрыв заслонку, потянулся ладонями к огню, который стал распространяться по поленьям. Пламя быстро набрало силу, и я минуту за ним наблюдал, чувствуя, как тепло согревает мои руки.
Только после этого, подбросив еще немного дров, я вернулся в дом, где присоединился к девушкам, которые занимались очень ответственным делом — просмотром видео на Ютубе. Проведя с ними полчаса, я пошел на кухню, где нарезал картошку дольками и покрыл её специями, после чего, взяв её и большую металлическую миску для грилевания, отправился обратно к мангалу.
Дрова уже прогорели, и я пристроил миску с картошкой, после чего вернулся в дом и через пару минут вернулся со сперва нашампуренным мясом. Быстро разложив шампуры над жаркими углями рядом с миской, я достал из кармана фартука телефон и, зайдя в Дуолинго, стал выполнять уроки, время от времени проворачивая шампуры и переворачивая ложкой картошку. Вместе с тем я сам, подобно шампуру, медленно крутился на месте, поворачиваясь к теплу то одной, то другой частью тела.
Через пару минут запах сочного маринованного мяса и запеченной с чесноком картошки распространился по двору, заставляя желудок издавать голодное урчание. Когда через двадцать минут я как раз заканчивал очередное упражнение по английскому и переворачивал картошку, у калитки прозвучал звонок — это были София, Вика и Машенька, которые о чем-то весело щебетали и несли в руках пакеты с напитками и сладостями.
Зайдя во двор, девушки сразу же заметили меня и захихикали.
— Тёмочка, тебе не холодно? — Немного подойдя, спросила блондинка.
— Да жить можно. Скажите девушкам, что еще 5-7 минут, и всё готово.
— О, так мы как раз вовремя? Ладно, заканчивай, а мы сейчас поздороваемся с Аней и придем помочь тебе.
Студентки, проведя заинтересованные взгляды по моему телу, пошли внутрь дома. Через некоторое время София и Машенька вышли, неся три большие тарелки. Две девушки помогли мне ссыпать в посудины картошку и мясо, и мы вместе снова отправились в дом.
Через минуту, зайдя на кухню, я увидел, что наши одногруппницы, за исключением Вики, были полностью голые. Проведя взглядом по груди трех девушек, сидевших за уже накрытым столом, я чуть не споткнулся о собственные ноги, а мой плененный член больно уперся в клетку.
— Аккуратнее, — сказала староста, когда я положил тарелку со шашлыком на стол, — если бы ты уронил мясо, мы бы тебе не простили.
— Пришлось бы отвести тебя к ветеринару, — добавила Таня.
Девушки захихикали, а я скинул фартук и занял свободное место напротив старосты; Мария и София также сели, и мы все без лишних церемоний приступили к трапезе —
В пансионате