по упругой попке Дины прокатывалась волна, а грудь упруго вздрагивала в руках Миши. Я смотрел и смотрел, а действие все продолжалось и продолжалось. Трах продолжался довольно долго. Миша ни разу не изменил ни позы ни темп. И только в самом конце он отпустил одну грудь из ладони и намотал длинные взмокшие от пота локоны себе на кулак, заставляя Диану закинуть голову назад. Кончил он молча. Об этом можно было догадаться только по нескольким паузам, в которые он прижимался к Диане всем телом. Потом он резко вытащил член, отпустил волосы и развернул Диану к себе лицом.
– Ну, ты как?
Дина молча, тяжело дыша, стояла перед ним, смотря в землю перед собой. Миша взял ееё за подбородок и посмотрел в глаза.
– Кончила! – уверенно проговорил он, видя, что у Дины глаза были с характерной влажной поволокой. – И не раз, похоже!
Он отпустил ее и пошел в сторону кабины. А Дина так и осталась отстраненно стоять. Через минуту он вернулся с пластиковой бутылкой воды.
– На, обмойся.
Дина молча сжала протянутую воду. Миша отошел к Николе.
– Да... горячая. – он с удовольствием затянулся сигаретой, неотрывно следя как приходящая в себя Дина, не чувствуя холодной воды начала медленно поливать ее на себя смывая сперму. – Иди, посиди.
Диана не понимая посмотрела в их сторону. А Миша махнул в мою сторону.
– Твой хахаль? Иди, если хочешь.
Жена глянула на меня и медленно подошла. Удивительно, но она не прятала взгляд, не была виноватой, злой, напуганной. В ее взгляде я не нашел ни капли плохой эмоции. Она была спокойна. Подойдя ближе, она несколькими быстрыми движениями обмыла себе грудь и внутреннюю поверхность бедер, что впрочем, не сильно помогло, поскольку сперма время от времени продолжала выступать наружу. Диана поставила бутылку на землю и осторожно села рядом со мной на колени. Колхозаны ничуть не стесняясь своей наготы, и раскачивая членами как хоботами, подошли к комбайну, и как ни в чем небывало принялись обсуждать какой-то сальник.
– Ну, ты как? – жена заботливо посмотрела мне в лицо.
– Я? О чем ты говоришь... – я сморщился как от зубной боли, – Дин...
– Помолчи, – она заботливо провела ладонью по моей голове. – Болит?
– Дина... – я готов был заплакать.
– Не надо милый... – она прижалась к моему плечу щекой.
– Но... – я с трудом находил слова. – Как ты?
– Ничего... ничего... – она прижалась ко мне еще сильнее. – Все пройдет. Ты знаешь... я смогу.
– Что?
– Даже психологи рекомендуют, – она нежно поцеловала меня в шею, – если насилие нельзя никак предотвратить...
– То что? – растерялся я.
– Чтобы не было психологической травмы... нужно расслабиться.
Я в изумлении уставился на свою жену.
– И по возможности, – продолжила она, – получить удовольствие.
У меня в горле встал ком.
– Прости меня милый. – она нежно провела ладонью по щеке, потом по груди, животу. – Все будет хорошо... Мы справимся.
– Эй! – Никола окликнул мою жену, и она повернулась. – Иди сюда!
– Прости меня... – прошептала она и встала с колен.
Никола стоял в ожидании у комбайна. Диана подошла и встала напротив. Никола обошел Дину сбоку и опять взял ее грудь в ладонь.
– Красивая...
Дина стояла спокойно и не шевелясь, молча позволяя играть со своим телом. Член Николы медленно принимал рабочее положение, и когда это произошло полностью, он подошел к комбайну и прислонился спиной к колесу.
– Давай сама! – он чуть присел и развел ноги широко в стороны, крепко упершись в землю.
Знакомство на "Ивана Купала"