То оживление, которое появилось на ее лице в начале моей речи, исчезло: - Джон... - начала она.
Но я перебил и продолжил сценарий: - Я признаю, что не хочу потерять тебя, если этого можно избежать. Но я также и не хочу, чтобы ты была несчастна... И, как уже сказал, я, конечно, не хочу, чтобы ты приходила ко мне и пыталась восстановить физическую связь, на которую я больше не способен или не желаю поддерживать. На этом пути нам обоим будет только больно.
— Итак, - я расправил плечи и приготовился к худшему, - мое пребывание в браке... и возможность оставаться в этих отношениях... зависит от того, продолжишь ли ты свой роман.
Она начала отвечать, но внезапно застыла, а затем ее глаза недоверчиво расширились, когда до нее дошло, что я сказал: - Это не серьезно, Джон.
— Хорошо, - проворчал я, потому что я никогда в жизни не был так серьезен. - Я бы попросил тебя, если твои чувства к нему или ко мне начнут каким-то образом меняться, прийти и поговорить со мной, чтобы мы могли оградить наших детей от худших последствий нашего развода. В остальном, занимайся своими делами, а я буду заниматься своими. По сути, это может быть обычным делом. Если захочешь, ты даже сможешь видеться с ним чаще. Ведь ты этого хотела, не так ли? Чтобы вы могли чаще бывать вместе?
Мы оба были близки к гибели в ту ночь, когда я услышал это. Ты даже не подозревала, как была близка к смерти.
Я, спотыкаясь, поднимался по лестнице после прослушивания записи и просмотра фотографий. Это было первым и окончательным подтверждением того, что ранее было не более чем мрачным подозрением. Я был в ярости. Я был раздавлен. Честно говоря, я думал, что я уже мертв
И ты была там, так крепко спящая, такая мирная... Ты спала счастливая от того, как все складывалось в твоей жизни.
Меня от этого затошнило.
Итак, я стоял над тобой, мысленно сочиняя нашу последнюю главу с клинической точностью... А потом ты перевернулась ко мне и проснулась.
Ты моргнула, прищурилась, посмотрела на меня снизу вверх. Я увидел в твоих глазах беспокойство. Искреннее беспокойство.
Затем ты коснулась моей руки, о, как нежно, и спросила, все ли со мной в порядке. Ты села на кровати, как только спросила, и вся твоя умиротворенность исчезла.
И ты говорила так, будто тебе действительно было не все равно.
Я покачал головой, отгоняя воспоминания об этом.
Она нахмурилась, то ли размышляя обо всем, что я говорил, то ли удивляясь тому, что могла прочитать в моих воспоминаниях.
— Джон, - сказала она, - кое-что из того, что я сказала, когда мы были...
— Не надо, - предупредил я ее. - Просто не надо.
Глупая женщина. Лучшее, что ты сделала, - что была честна. Конечно, ты должна это понимать. Так с какой стати тебе отказываться от этого сейчас?
В любом случае, я не вынесу, если увижу жалость, которая наполнила бы ее глаза, если бы она начала лгать мне сейчас.
— Я бы хотел, чтобы ты начала держать меня в курсе того, где ты находишься и какие у тебя планы, но я не хочу знать никаких подробностей или говорить о чем-либо из... этого. Единственная причина, по которой я вообще хочу знать, когда ты с ним, это то, что так безопаснее для всех нас.
Она сморщила нос: - Я не собираюсь с ним встречаться, Джон. Ты же на самом деле не серьезно говорил об этом... - ее взгляд скользнул по моему лицу, -.....не так
Время прямых спиралей