не в курсе: Шерил Маршалл — сестра не кого-нибудь, а Кэролайн Робертс, бывшей миссис Кэролайн Моузи. Мир тесен.
Покойный первый муж Шерил работал в той же фирме, что и Джон, и был его управляющим партнёром, когда Маршалла только наняли. О той семейной паре были исключительно высокого мнения, и после его кончины компания учредила мемориальную стипендию для местных старшеклассников. Называйте это интуицией или просто богатым жизненным опытом, но у меня крепло предчувствие: если всё и дальше пойдёт своим чередом, одной моей бывшей жёнушке скоро понадобятся услуги кадрового агентства для поиска новой работы
Кажется, раньше это называли «бросить монетку» — ещё когда таксофоны были в ходу.
***
Пару месяцев спустя Кэролайн сообщила мне, что её сестра подала на развод с Джоном Маршаллом, официально указав Мишель в качестве причины. Последствия этого скандала пока особо не афишировались, но ещё через несколько недель Мишель выставила свой ненаглядный дом на продажу. Я даже всерьёз подумывал разыграть её и сделать фиктивную ставку через подставное лицо, но именно Жанетт, как ни странно, отговорила меня от этой затеи.
— И что ты будешь с ним делать, когда она уедет? — серьёзно спросила она.
— Наверное, снова продам.
— Отлично. Она заберёт твои деньги, снимет с себя бремя и уедет, а ты останешься с дырявым мешком. Я думала, ты умнее, Нейтан Беккер.
Я тоже так думал и согласился выкинуть эту дурацкую идею из головы. Через пару месяцев Мишель продала свой трофейный дом, согласившись на меньшую цену, чем изначально просила. Иногда полезно иметь друзей в риелторском бизнесе. В итоге она переехала на пару часов езды южнее — искать новую карьерную лестницу, на которой можно снова себя продать.
Перед отъездом я перехватил её в кабинке «Руби Тьюздей» за обедом. Она была одна — иначе я бы и не подошёл, — но на этот раз мне хотелось услышать ответы на вопросы, которые я, наверное, и так уже знал.
— Мишель, какая встреча в этом прекрасном заведении, — сказал я, садясь напротив. Она выглядела взбешённой, но я просто поднял руки и произнёс: — Предложение мира.
Чушь, конечно. Мне было плевать, мирно ей или нет, — мне просто нужны были ответы.
— Пришёл поглазеть на свою грёбанную победу, Нейтан?
Ну и к чёрту тогда мир.
— Нет, Мишель. Просто хочу простого объяснения, вот и всё. Скажи, почему и почему именно так.
Долгое время мне казалось, что она не ответит, но у неё не хватило сил заткнуться и сказать что-то разумное.
— Хочешь, чтобы я сказала, какой ты паршивый любовник? Хорошо: в постели ты отстой. Доволен?
Я просто рассмеялся, отпил чаю и снова рассмеялся. На её лице появилось недоумение, потом она просто вздохнула.
— Ладно, не такой уж ты и плохой. Даже довольно хорош, как любовник. Но ты — порченный товар, Нейтан. Сильно порченный.
— Что, чёрт возьми, значит «порченный товар»? Что за хрень? Ты по полной программе наставила мне рога, выкинула мои вещи, заперла двери и даже не села поговорить? Иди ты на хуй, это ты порченная, грёбаная порченная пизда.
Я понял, что говорю громче, чем нужно, и понизил голос.
— Боже, ты правда не знаешь. — Она сказала. — Ты хоть представляешь, сколько раз ты выкрикивал её имя во сне? Больше, чем я могу сосчитать! Дженет! Нейтан, ты до сих пор любишь эту чёртову женщину. Зачем ты вообще на мне женился — ума не приложу.
— Почему я сделала именно так? Не знаю. Оглядываясь назад, наверное, стоило просто подать бумаги и уехать в закат. Если что-то значит — до той ночи, когда нас застала его жена,
Жаркие схватки