нанесла удар. Розга легла на бок правой ягодицы, вдоль, а не поперёк. Генриетта дёрнулась, хотела закрыть попу руками, но они были надёжно зафиксированы под лавкой. Тут же розга опустилась во второй и в третий раз, не давая жертве прийти в себя.
— Хватит! Я больше не могу! - выгнувшись дугой, заорала девочка, лежавшая на лавке. Она забыла про счёт, ей было не до этого. От сумасшедшей боли Генриетта была на грани истерики. Марта и раньше порола её так, нечасто, но всё же. Поэтому девочка хорошо знала, что её ожидает. Эта та боль, которую она вообще никак не могла терпеть, - мисс Марта! Хватит!
Пока Генриетта кричала, умоляя прекратить порку, на её попу, точнее на бок правой ягодицы розга опустилась ещё три раза. От боли у девочки потемнело в глазах.
— Я думаю, что с неё достаточно! - гостья не могла смотреть на это без слёз. Пока Генриетта молчала, она ещё как-то сдерживалась, понимая, что эта порка нужна ни ей самой, а этой вредной девочке. Лана догадывалась, что из-за неё, Марта жалеет Генриетту, а той нужна порка куда сильнее. Поэтому, набравшись храбрости, сказала, что порка слабая, раз девочка может молча терпеть. Но сейчас, когда Генриетта так дёргалась, так орала, так умоляла, это было для Ланы слишком, - я прощаю её!
— Ты в этом уверена? - спросила Марта, - хорошо, как скажешь! Но, для симметрии, я выдам ей ещё пол дюжины по другой стороне!
— Нет! Мисс Марта, пожалуйста не надо! - закричала горничная. Ещё шесть болезненных ударов, это было слишком много для неё, ведь она и так была на грани истерики, - пощадите! Я больше не могу!
— Тебя никто не спрашивает! - грубо оборвала девочку её верхняя и тут же стала наносить один за другим, хлёсткие и болезненные удары по боку левой ягодицы. Генриетта опять стала дёргаться и орать в голос, всё её тело напряглось, но это не помогало унять боль.
— Вот теперь всё красиво и симметрично! - Марта отбросила в сторону использованную розгу, - Лана, полюбуйся, какая красота! Глаз не оторвать!
— Самое главное, чтобы Генриетте порка пошла на пользу и она запомнила, что так вести себя нельзя! - взяв себя в руки, сказала Лана. Всё-таки последняя дюжина ударов, после которых Генриетта стала кричать, было слишком для ванильной женщины, пусть даже и в роли зрительницы.
Тем временем горничную освободили от фиксаций и разрешили встать с лавки. Генриетта не торопилась, делала всё медленно и аккуратно, сильно болела попа, стучало в висках и от боли и напряжения кружилась голова.
— Принеси нам шампанское! - приказала мисс Марта своей девочке, когда та более-менее пришла в чувства, - а потом прибери здесь! Если я увижу на полу ошмётки от розог, получишь ещё две дюжины!
Понятно, что никакого пылесоса или веника. Горничная опустилась на четвереньки и стала руками собирать обломки от розог, светя своей исполосованной попой. Юбка была достаточно короткой, она заканчивалась там же, где и попа. А когда девочка ползала на карачках, задница была абсолютно голой. Естественно, что ползать так и собирать мусор было очень стыдно и унизительно. Кроме того, попа продолжала очень сильно болеть и так хотелось положить на неё руки, чтобы уменьшить эту самую боль.
— Принеси горох и насыпь его на пол! - приказала Марта, когда Генриетта закончила с уборкой.
— Мисс Марта, пожалуйста, не надо! - едва не плача, попросила девочка, она прекрасно знала, для чего нужен горох и что её ожидает.
— Генриетта?! - строго сказала её верхняя, - по-моему
Даша