Долбаные хачи! Если бы мы сейчас не уезжали, то я бы с ними разобрался по полной программе! – приглушенно сказал Виктор жене, чтобы Оля его не услышала. – Похрен, все-равно, давай ее выпорем!
— Погоди, у меня другой план! – также тихо ответила Катя.
— Госпожа? – переспросила женщина, так и не услышав реакции на свое признание.
— Что «Госпожа»? Ты сюда похвастаться нам пришла?
— Нет, конечно! Вы же велели прийти к Вам...
— Да, велела! Двадцать минут назад, а то и еще больше!
— Простите, я не виновата!
— Не виновата!? Значит, они тебя изнасиловали!? Тогда давай сходим в полицию и напишем на них заявление!
— Нет, зачем же так...
— Тогда значит ты сама на их хуи запрыгнула!?
— Госпожа, я...
— Заткнись! Это не мои проблемы, что ты не можешь сдержать свою течку! Я тебе сразу сказала, что трахаться с посторонними ты должна только с моего разрешения!
— Простите, но... Но я... Я все-равно не признаю своей вины в этом. – собравшись с силами воскликнула Оля.
— Вот как!? Тогда просто проваливай! Мне не нужна такая глупая и несговорчивая шлюха!
Возмущенная такой несправедливостью женщина топнула ногой и, развернувшись, зашагала восвояси. Правда ее запала хватило лишь на десять шагов. Оценив, что таких ярких впечатлений, как во время подчинения Кате она еще никогда не испытывала, Оля подумала, что никогда себе не простит, если так просто забудет ее. «Они же скоро уедут... Может быть стоит зайти к ним в последний раз... Мы же можем больше никогда не увидится...» - подумала женщина и через минуту вернулась к палатке доминантов.
— Госпожа, простите... Я была не права. – тихо проговорила она.
— Встань на колени и заведи руки за голову! Стой так и думай над своим поведением!
Оля с опаской оглянулась по сторонам и, не увидев пристального внимания к своей персоне со стороны посторонних, послушно приняла указанную позу. Уставившись в черную молнию на двери палатки, через которую и шло все их общение, женщина подумала о величине Катиной харизмы. Сегодня они еще даже не виделись, а Оля уже текла от одного лишь тембра ее грозного голоса.
С обратной стороны палатки к ней пристроился и Андрей. Подслушивая их разговор, он уже снова завелся, причем не меньше Оли и Кати вместе взятых.
— Простите, а долго мне так стоять? – минут через пять решила спросить женщина, заметив к себе уже не совсем здоровое внимание со стороны других отдыхающих.
Конечно, можно было подумать, что она в такой позе просто подставляет свое тело прямым лучам солнца, пытаясь добиться равномерного загара, как и многие женщины на обычных пляжах. Только вот Оля при этом расположилась в тени от навеса, пристроенного к палатке, а, следовательно, ее покорная поза свидетельствовала совсем о другом.
— Будешь стоять так сколько я захочу! А за разговорчики, отойди-ка ты на пять метров подальше. Повернись к нам жопой, а к морю мордой!
Женщина тяжело сглотнула, но все же поднялась на ноги, собираясь выполнить очередной унизительный приказ.
— Стоять! Я разве велела тебе подниматься!? Встань на колени и ползи вперед прямо так! Руки не опускать!
Оля оказалась пристыжена еще сильнее чем раньше. Она даже не предполагала, что ее было прекрасно видно изнутри палатки. Покраснев не только от жары, но и от стыда, женщина поползла вперед, как ей было указано. Выбравшись из-под навеса, Оля в то же мгновение ощутила, как горячий песок обжег ее колени. Состроив болезненную гримасу, она все же не посмела снова подняться на ноги, боясь, что все ее предыдущие старания могли сойти на нет.
Третий не лишний