Долго я решался. Месяца три. Набирался смелости. И однажды, после очередной покупки, просто спросил:
— Можно вас куда-нибудь пригласить?
Она улыбнулась, пряча глаза.
— Ну, можно.
Мы гуляли по парку, ели мороженое, болтали. Удивлялись, как у нас много общего. Одинаковый вкус в музыке, любовь к старым фильмам, нелюбовь к острой еде. Она жила в общаге, а я в двухкомнатной квартире, оставшейся от родителей. Через несколько месяцев общения я перевёз её к себе. Ей было неудобно, она переживала, что я поторопился. Но мне было спокойно с ней. Впервые за долгое время.
Через некоторое время мы расписались. Сделали скромную свадьбу у неё в посёлке. Её родители были простыми, добрыми людьми. Мама плакала, отец жал мне руку и просил беречь дочь. Я пообещал. И сдержал слово.
Жизнь налаживалась. Я открыл небольшой бизнес по заправке картриджей. В основном моими клиентами были государственные учреждения. Раз в год они объявляли тендер, я старался выиграть как можно больше и с двумя друзьями, которые работали у меня на зарплате, мы весь объём перерабатывали. Лена работала в том же продуктовом, но уже на должности руководителя. Денег нам хватало. Оба заканчивали поздно, дома только спали. С утра снова уходили на работу. Обычная жизнь. Тихая, спокойная, без потрясений.
Внешне мы обычная пара. Лена высокая, с длинными тёмными волосами, которые она теперь чаще всего собирает в хвост. Я светловолосый, высокий, худощавый. Одеваемся просто, чтобы было удобно передвигаться и выполнять свои функции. Ничего лишнего.
И вот теперь я сижу на кухне и думаю о том, что завтра мне предстоит встретиться с прошлым. С Максом. С человеком, который был моим кумиром, но которого я совсем не знаю. Десять лет. Он провёл их за решёткой, среди таких же, как он. О чём он думал? Чему научился? Каким стал?
Лена ставит передо мной тарелку с омлетом.
— Поешь. И не накручивай себя. Это твой брат. Родная кровь.
— Именно поэтому я и волнуюсь, — отвечаю я, беру вилку и заставляю себя есть.
На следующий день я прилетаю в незнакомый серый северный город. Сразу бросается в глаза низкое небо, обложенное тяжёлыми облаками. Холодный ветер продувает насквозь. Здесь всё кажется мрачным. Серые панельки, грязные дороги, люди с хмурыми лицами. Таксист везёт меня к колонии. По словам местных жителей, зона была градообразующим предприятием. Все либо работали там, либо когда-то сидели. Городок маленький, приземистый, словно придавленный к земле этим вечным северным небом.
Я выхожу у ворот. Забор из серого бетона, колючая проволока поверху, вышки с охранниками. Всё это выглядит так, будто попало сюда прямиком из фильма. Подхожу ближе. Рядом уже стоят другие встречающие. В основном женщины. Пожилые, уставшие, с потухшими глазами. Некоторые с детьми. Все ждут.
Внутри у меня всё сжимается. Я не знаю, чего ждать. Перед глазами стоит тот вечер, когда Макс ушёл. Его серая от страха физиономия. Его слова «я влип». Сейчас всё будет по-другому. Или нет.
За воротами слышен лай собак, голоса мужчин, звяканье ключей. Дверь в воротах со скрежетом открывается. Первым выходит мужчина в форме, за ним другой. В гражданской одежде. Кепка, кожаная короткая курточка на коренастом теле. Я узнаю брата сразу. Это Макс. Даже спустя десять лет я не мог его не узнать. Те же широкие плечи, та же мощная шея, те же тёмные волосы, только теперь с проседью на висках. Он изменился и не изменился одновременно.
— Макс! — кричу я, махая рукой.
Он поднимает голову, находит меня взглядом. Мгновение, и его губы расплываются в улыбке. Улыбке, которую я помню с детства. Он направляется
Дочки-матери.