После сорока либидо Ларисы резко поползло вверх. Ебаться порой хотелось так, что зубы сводило. В сексе она любила практически все, и даже хуй сосала не как некоторые, на отъебись, лишь бы мужика не обидеть, а чувственно, страстно и нежно, доставляя мужчинам и себе немыслимое наслаждение. Если мужчина кончал ей в ротик, то сперму глотала, но особенно она любила, когда ее ебали рачком, и с готовностью подставляла и пизденку и анус.
Под утро ей приснилось, что она на острове, посреди океана, и она единственная белая женщина среди темнокожих аборигенов. Словно вылепленные из шоколада самцы, сверкая белозубыми улыбками, стояли перед ней, подрачивая огромные хуищи.
От того, что они с ней вытворяли, Лариса проснулась возбужденной, с мокрой пиздой и вздыбленными сосками.
— Ой, блядь.. приснится же такое.. – прошептала Лариса, и ее рука потянулась к возбужденной пизде, а пальчики заскользили меж мокрых от смазки половых губ.
— Уфф.. – она шумно втянула воздух, слегка прикусив от восторга нижнюю губу.
Пальчики теребили набухшие половые губы, клитор, и провалились в гостеприимно распахнутое влагалище, выплюнувшее навстречу обильную порцию смазки.
Пизденка захлюпала, а пальчики уже бесновались внутри, раздрачивая переднюю стенку влагалища и клитор.
— Охх.. сука, даа.. – простонала Лариса, сбросив напряжение и растворившись в затяжном, накатившем оргазме..
Расслабившись, она уже хотела снова попытаться заснуть, но заметила, что дверь в спальню приоткрыта и там мелькнула чья-то тень.
— Неужели Коленька?! – пронеслось у нее в голове, хотя вопрос был риторический. Кроме нее и сына никого в доме не было.
Лариса встала с кровати, и, как была, голышом, подошла к двери.С тех пор, как она засветилась голышом перед сыном, она стала замечать, что Коля на нее стал смотреть как-то иначе, чем раньше. Заметив у порога спальни лужицу спермы, она уже не сомневалась, что ее мальчик за ней подглядывал и дрочил.
Лариса нагнулась, собирая сперму на пальцы и слизывая с них тягучую жижу.
— Вот дурачок.. – она подумала, какое удовольствие могла бы получить, если бы ее мальчик кончил ей в ротик. Представив, что сосет хуй у Коли, она совсем потеряла голову.
Снова захотелось ебаться, и Лариса метнулась на кухню. Прихватив из холодильника пару огурцов, она вернулась в спальню. Надев презервативы на зеленых, длинных, пупырчатых толстячков, она раскинулась звездой на кровати, оставив специально дверь в спальню приоткрытой. От мысли, что сын снова будет за ней подглядывать, ее пизда потекла, и Лариса стала ебать себя одной из самодельных игрушек в пизду, а второй водила по соскам и время от времени брала в рот, представляя себе Колин хуй то в пизде, то у себя во рту. глава 2 Летом Колька спал голышом. Проснувшись с крепким стояком, он несколько раз с наслаждением вздрочнул хуй, и расслабленная мошонка зашевелилась, сморщилась и сжалась, обняв тяжелые яйца и подтянув их к основанию жилистого ствола. Колька огладил ладонью этот морщинистый шар и хуй напрягся сильнее, а на массивной залупе появилась капелька смазки. Колька собрал ее пальцем и попробовал на вкус. – Мм.. и правда вкусняшка.. – подумал он, вспомнив слова Светланы, подруги матери.
Вчера они встретились с ней на улице, и она попросила Николая помочь передвинуть ей кровать. Николай пообещал, что зайдет вечерком, и зашел. Светлана встретила его в черном, полупрозрачном пеньюаре, через который игриво проглядывали ее сиськи с крупными ореолами и вздыбленными сосками. Кроме черных чулок с кружевной резинкой и туфель, на ней ничего больше не было, и Кольке не составило труда рассмотреть через этот наряд ее гладкую пизду с отвисшими половыми губами.
Философия