— О боже… Теперь я понимаю, почему девчонки не хотели выходить из душа, — усмехнулась она и ушла.
«А задница-то у неё пообмякла, складочки появились… — подумал я.»
Не потрудившись вытереться, я почувствовал, как лёгкий ветерок приятно охлаждает меня. Сел за стол, чтобы полюбоваться на залив, на почти полную луну, поднимающуюся над горизонтом… И тут подбежали девочки…
Лана села на одно колено, а Пета — на другое. У меня начало складываться впечатление, что Лана, уже подумывает расстаться со своей девственностью. Её рука притянула мою к своей киске для дальнейших ласк, а Пета, на год младше, казалась такой же возбуждённой, если не более, нетерпеливой… Её толстенькая пиздёнка накрыла мой исследующий палец соками, прижимаясь к нему.
— Девочки, дайте мне немного посидеть, — сказал я, быстро потеребив клиторочки, прежде чем встать и подойти к Еве, которая помогала Саре с ужином… Обняв её сзади, пальцами обеих рук поглаживая края её киски.
— Думаю, Лана всерьёз подумывает о том, чтобы потерять девственность… А Пета определённо мечтает об этом, — прошептал я ей на ухо.
По её телу пробежала сильная дрожь. Я не был уверен, что причина этого — мои пальцы ласкающие её киску, а скорее осознание того, что её маленькая дочка думает о том, чтобы я её трахнул. Она отвела меня в сторону и посмотрела мне в глаза:
— Ты уверен? — спросила она дрожащим голосом.
— Ну, она не просила меня трахнуть её прямо… Но да, я почти уверен… Хотя насчёт Петы сомнений нет, — ответил я.
— Можешь подождать до ужина, пожалуйста? — спросила она.
Я кивнул и сел обратно. Пета и Лана тут же сели мне на колени и начали ласкать мой член… Я погладил их маленькие груди. У Петы была лишь небольшая выпуклость с толстыми, пухлыми сосками… С грудью Ланы я был знаком, но никогда не устану от того, как они выглядели и ощущались… И как чертовски сильно тряслись, когда я пощипывал и отпускал её соски… Вскоре мои бёдра стали скользкими от соков возбуждения, вытекающего из их тугих, похотливых кисок.
Сара и Ева принесли тарелки и миски с ингредиентами для тако, и все принялись за еду. Некоторое время царила относительная тишина.
Ягодицы Ланы и Петы всё ещё извивались на моих бёдрах. Мой член немного обмякал, пока я сосредоточился на еде — каждая из девушек поглаживала или сжимала его, когда считала, что он становится слишком мягким на их взгляд.
— Просто дайте ему немного отдохнуть… Он быстро наберёт силу и снова встанет, — сказал я, не желая кончить, прежде чем вонзить свой член в маленькую пиздёнку Петы.
Молодым поручили убрать после ужина. Ева села рядом со мной и нежно погладила мой член. Я наклонился и нежно поцеловал её мочку уха:
— Ты уже взрослая, Ева, не стесняйся… Просто попроси меня, — прошептал я ей на ухо.
Ева задрожала. Несколько мгновений царила тишина.
— Джек… Трахни меня… Пожалуйста, — прошептала она, тихо вскрикнув, когда мой полутвёрдый член резко напрягся…
— Думаю, это значит «да», мэм, — усмехнулся я, встал, взяв её за руку и повёл к большой кровати.
Ева щёлкнула несколькими выключателями, чтобы осветить её мягким светом, прежде чем сесть и снова забраться на кровать. Я последовал за ней на четвереньках:
— Ева, пожалуйста, подтяни колени. Я хочу на этот раз как следует попробовать твою киску на вкус.
Я усмехнулся… Меня осенила мысль, что я столкнулся с жёсткой конкуренцией, учитывая, что большую часть своей жизни её лизали только другие женщины… Я отбросил эту мысль и просто сделал это «по-своему»… Визги, постанывания и извивания
Несколько дней Вадима Петровича. Глава 5